Наследие Маозари 3 (СИ)

Она представляла собой огромную воронку из кусков материала, которые на разной высоте были растянуты на ветках, и собирали всю попавшую на них воду в одну большую деревянную бочку прочно установленную в развилке веток.

Кроме всего этого, вьющееся ветки этих деревьев не были лысые, а были полностью покрыты маленькими веточками с несколькими зелёными листьями. А сами верхушки деревьев были раскидистыми, отчего создавалось обманчивое ощущение, что мы сейчас находимся не в кронах деревьев, на большой высоте, а где-нибудь на земле, в джунглях с необычной травой.

Верёвочная лестница наматывалась на большую деревянную катушку похожую на кабельный барабан. Она была установлена на деревянные козлы, и её крутили, держась за отполированные ладонями ручки, двое амбалов. Разматываться катушки не давал специальный механизм типа трещотки, который тоже был деревянный, чем-то смазан, и работал очень тихо.

Сама площадка была установлена на горизонтально раздвоенной ветки, и крепилась к ней коричневой субстанцией.

— М-да, как говорится, из говна и палок, — задумчиво проговорил я.

— Что вы сказали, ваша милость? — шёпотом спросил старик.

— Спрашиваю, как тебя зовут то? — сказал я.

— Тарим, господин, — улыбнулся старик.

Вот уже и господином начал звать, подумал я. Быстро приспосабливается. А то внизу строил из себя наивного чукотского юношу.

— А меня зовут Леонид Сидэро… Наедине можешь звать просто Лео, а при остальных господин, — улыбнулся я в ответ. — Скажи-ка мне, Тарим, а чем это таким коричневым у вас практически всё крепится к веткам дерева?

— Это хима, господин. Она варится из измельчённого ствола одного растения, с добавлением сока другого, а при застывании становиться прочной, и не разрушается, когда ветка растёт, — ответил Тарим.

— Хм, интересно, — сказал я, и подойдя к краю площадки, потрогал эту субстанцию пальцем.

На ощупь она была, как не очень твёрдая резина, и, к моему облегчению, ничем не пахла.

— Герметик на растительной основе… Надо бы взять рецептик по случаю, — тихо пробормотал я, пытаясь оторвать кусочек.

— Тарим, зачем привёл в наш дом чужаков?! Они могут быть заражены червями… Им здесь не место! — громким шёпотом произнёс жилистый юноша лет двадцати.

На площадке, напротив наших бойцов, выстроились несколько десятков различных разумных, которые смотрели на нас исподлобья, периодически неуверенно трогая рукояти своего оружия. Они были вооружены в основном различным остро заточенным инструментом и всякой кустарщиной… У одного парня я приметил серп, у другого плотницкий топор, у третьего была деревянная рукоять, к которой химой крепился заточенный кусок металла.