Наследие аристократки

Она писала, что за исключением двух колец, все остальные подарки Умберто остались в целости и сохранности, как память о любви мужа. Драгоценности были единственным ее завещанием дочери.

Последние письма становились все более сумбурными. Маргерита писала о прошлом: вновь и вновь жалела, что ее заставили бросить единственного ребенка, вспоминала о счастливой жизни с Умберто и их взаимной, по-настоящему глубокой любви. Но Джейн чувствовала, что даже самые счастливые воспоминания были омрачены тенью потери.

В последних двух письмах Маргерита описывала поездку с Умберто в Париж так, словно это произошло совсем недавно. Джейн поняла, что память начала ей изменять. На письмах стояла дата четырехлетней давности, и почерк Маргериты становился все более неразборчивым. Она обращалась к дочери, как будто та была маленькой девочкой, и спрашивала о школе. Было очень печально видеть, как старость брала над ней верх, как одиночеством веяло от каждой фразы. Маргерита окружила себя воспоминаниями о людях, которых не было с ней рядом. Она быстро теряла интерес к жизни. Но одно оставалось неизменным – ее любовь к дочери. И хотя Маргерита так и не оформила завещания, о котором она часто писала, было ясно, что свои украшения, единственные ценные вещи, что у нее остались, графиня хотела отдать ей.

Маргерита нигде не называла дочь по имени, но Джейн ясно понимала – эта теперь уже взрослая женщина являлась ее единственной наследницей. В последнем письме Маргерита опять написала, впервые за много лет, что собирается поехать к дочери и наконец сказать ей правду, объяснить, что случилось и почему она так долго молчала и не искала ее. Это мучило Маргериту до самой смерти.

Джейн не могла сдержать слез, когда дочитала последнее послание. Маргерита рассказала трагическую историю о несчастной любви, о матери, у которой украли единственного ребенка, но которого она помнила каждое мгновение жизни. У Джейн оставался только один вопрос: как же ей найти эту дочь? В письмах не было ни намека, кто она, как ее зовут, где живет. Учитывая возраст женщины, вполне возможно, что единственная наследница тоже умерла.

Рабочий день подходил к концу. Джейн с тяжелым сердцем отправилась в кабинет к Харриет.

– Что-нибудь нашла? – спросила начальница. Она надеялась, что среди писем каким-то чудом окажется завещание, которое никто не заметил.

– Много чего, – печально ответила Джейн. – У графини была дочь, но в восемнадцать лет, перед тем как уехать в Европу, ей пришлось от нее отказаться. Больше она никогда ее не видела. Через семь лет после этого миссис ди Сан Пиньели пыталась отсудить дочь, но родители ей не дали. Они оформили поддельное свидетельство о рождении, по которому стали законными родителями девочки.