Наследие 2

Вы знаете об этой процедуре, один раз вы её уже проходили, пять лет назад. — Всё так же спокойно ответил сотрудник мэрии. — Прочтите, если желаете. Здесь сказано, что вы отказываете в эвтаназии рожденному вами ребенку, имеющему заведомо нетрудоспособную форму генетической инвалидности, находясь в трезвом уме и без принуждения или иного воздействия со стороны. Подобные документы обязаны подписывать родители лиц, имеющих генетическую инвалидность.

— Давайте ручку! — Марина зло выдернула из руки мужчины планшет. — Я подпишу!

Она некоторое время ставила подписи в заранее отмеченных галочкой местах, после чего вернула документы и спросила:

— Вы разговаривали с моим мужем? Насчет этого? Что он сказал? Я хочу с ним поговорить! Пусть мне вернут мой телефон!

— Он тоже отказался, — без эмоций ответил мужчина, наскоро пролистывая бумаги и убеждаясь, что она не пропустила ни одной подписи. — Всё в порядке. — И, переведя взгляд на лечащего врача, добавил: — Почему у госпожи Акимовой изъяли мобильный телефон?

— Мы ничего не изымали, — оскорбился доктор. — Это родильный дом, а не какой-нибудь следственный изолятор! Телефон просто выключили и забрали на хранение, пока Марина Вячеславовна находилась без сознания! Его сейчас же принесут. Сестра! — он нашел взглядом одну из своих сопровождающих и кивнул: — Будьте добры, принесите пациентке её мобильный телефон.

Из роддома её выписали даже раньше, чем обещали. Уже на следующий день Марине сообщили, что ребеночек более не нуждается в интенсивной терапии и наутро они могут вернуться домой. Ей даже разрешили посмотреть на него через стеклянную стену палаты для младенцев, указав на крохотную куколку, спящую среди десятка точно таких же.

— После кормления малыш может отрыгивать кровью, — объясняла ей стоящая рядом доктор, — для него это, к сожалению, нормально. Желудок имеет патологию, язвы будут кровоточить всегда, он будет плакать, пока пища не покинет желудок. Кишечник поврежден не так сильно, и боли прекратятся…

Полночи Марина простояла возле стеклянной стены, не сводя глаз с тонкого шланга капельницы, тянущегося к крохотной ручонке, на фоне которой он казался таким огромным… Потом её вежливо, но настойчиво проводили в свою палату. Утром Марине, наконец-то, отдали сынишку. Запеленатый младенец спал, и она бережно, боясь потревожить ребенка, взяла его на руки.

— Он проспит часа три, — сообщила медсестра. — Потом действие обезболивающего препарата прекратится, и ребеночек может проснуться. Покормите его. Список необходимых лекарств мы уже передали вашему мужу, он ждёт вас в холле.

Марина с ребенком на руках спустилась к выходу из роддома и увидела Александра с букетом цветов в руках.

— Наконец-то! — он поспешил ей навстречу.