Пленительные наслаждения

Квил знал, что Питеру не очень-то приятно появляться в приличном обществе с негожим для светских развлечений братом. Но надо отдать ему должное – Питер всегда настоятельно предлагал ему свою компанию.

– Может быть, я загляну позже, – нехотя протянул Квил, изрядно себе удивляясь.

Габби наградила его широченной улыбкой.

– Это было бы замечательно, Квил! Я буду высматривать вас.

Питер поторапливал ее, говоря, что пора идти к экипажу, и одобрив по ходу дела бархатную мантилью – изобретение мадам специально для нового платья.

– Сегодня вы смотритесь вполне хорошо, – заявил он в полумраке кареты.

– Она красавица, – подтвердила леди Сильвия. – Тебе повезло, Питер. Выписывать невесту из-за границы – всегда дело рискованное. Один из моих кузенов в свое время заключил брачный контракт с девушкой из Шотландии, а когда увидел эту бледную крошку с одутловатым лицом, сбежал в Америку.

Габби вздохнула с облегчением – она выдержала испытание.

– Вы умеете танцевать? – вдруг встревожился Питер.

– Да. Мой отец нанимал англичанку учить меня. Но я ни разу не танцевала с мужчиной.

Питера это вполне устраивало. Если Габби сделает неверный шаг, можно будет обронить невзначай, что ей еще не доводилось бывать в объятиях мужчины. Не многие джентльмены в Лондоне могли сказать такое о своих невестах.

– Не волнуйтесь, – успокоил он ее. – Я вам буду подсказывать.

Он вел себя в точности как мужчина ее мечты – внимательный, заботливый. Ее переполняло счастье.

– О Питер! – воскликнула она. – Я так рада, что мы поженимся!

Он был застигнут врасплох. Какого черта она говорит о таких интимных вещах в присутствии леди Сильвии? И как он должен реагировать на это?

– Вполне закономерная вещь, – изрек он наконец.

Габби была чуть-чуть разочарована. Конечно, Питер пока слишком мало ее знает и не может испытывать те же чувства, что и она. Но возможно, сегодня они будут целоваться. Так же, как с Квилом. И в предвкушении удовольствия она вспомнила его плотное тело и потемневшие во время поцелуев глаза. Она ожидала того же самого от Питера к концу вечера.

– О, дорогой маркиз! – проворковала леди Фестер. Она прекрасно знала, что Бош отрекся от своего титула, но считала, что на подобные мелкие ошибки можно смотреть сквозь пальцы.

Люсьен приветствовал ее низким поклоном и поцеловал кончики пальцев.

– Милейшая леди Фестер, – произнес он затем, – позвольте представить вам миссис Юинг.

Хозяйка дома слегка напряглась. Эмили Торп – мало ли как она сама себя называла! – не принадлежала к числу тех, кого леди Фестер желала видеть у себя на балу. Но прежде чем дать понять это нежданной гостье, глаза леди Фестер задержались на туалете миссис Юинг.