Пленительные наслаждения

Китти с Питером тоже подошли к кровати виконта. Леди Сильвия осталась сидеть в стороне, рядом с его врачом.

Габби с Квилом и священником стояли по одну сторону кровати, Питер с матерью – по другую. Китти сжимала в ладонях вялую руку мужа.

– Мы должны пройти чуть вперед, – сказал Квил не грубо и не вежливо – вообще без каких бы то ни было эмоций.

Габби положила пальцы поверх его руки.

– Квил, – произнесла она полушепотом.

– Вы представите меня вашему отцу? – спросила она неловко. – Он сейчас… – Голос ее задрожал.

– Конечно, – учтиво поклонился Квил и посторонился, чтобы она могла видеть виконта.

Сходство между ним и старшим сыном было бесспорно. Виконт тоже был высоким человеком, с такими же, как у Квила, темными ресницами, выделяющимися на фоне бледных впалых щек. Смерть извещала о себе белым саваном, опустившимся на его лицо. Вместе с тем казалось, что человек спит мирным сном – так беззвучно было его дыхание и почти незаметно вздымалась грудь.

Квил встал перед отцом:

– Отец, я хочу представить тебе Габриэлу Дженингем. Я собираюсь на ней жениться.

Спящий ничего не ответил.

Китти приложила руку к его щеке и, помолчав, произнесла:

– Возможно, Терлоу слышит нас. Рано утром я рассказывала ему о венчании. – Она наклонилась и нежно позвала: – Дорогой…

Веки задрожали, и виконт открыл глаза. Он поймал взглядом жену, стоящую у кровати, и что-то тихо пробормотал,

– Что ты сказал, дорогой?

– Несравненная… любимая Китти, – вполне внятно проговорил виконт.

У Габби на глаза навернулись слезы. Она протянула руку и легко коснулась виконта.

– Очень приятно познакомиться с вами, сэр.

– Милостивые и горячо любимые наши, – начал мягким голосом мистер Mop, – мы собрались здесь, чтобы перед лицом Бога и семьи соединить этого мужчину и эту женщину узами законного брака…

Квил взял руку Габби большой теплой рукой. Она подняла глаза и стиснула его пальцы, как протянутый спасательный канат.

– Решаясь на этот шаг, все участвующие стороны, – продолжал мистер Mop, – сознают, что брак не может заключаться необдуманно, легковесно и безответственно, ибо назначение его не в удовлетворении плотских инстинктов. В отличие от животных, которые лишены разума, для человека это священный союз, и он вступает в него благоговейно, осознанно и трезво, при свидетельстве Бога.

Квил набрал в легкие побольше воздуха, до сих пор не осознав реальности происходящего. Он, Эрскин Дьюленд, женится на Габриэле Дженингем! Трудно поверить, что он вообще женится. Но все вокруг подтверждало это: и недвижное тело отца по правую руку, и мистер Мор, говорящий о первородном грехе, и мать, держащая руку отца у своей щеки. Но больше всего – Габби, уже почти жена.

В ее коньячных глазах, которые он так любил, застыло горе.