Пленительные наслаждения

Он что, считает ее совсем тупой? Будто она не понимает, что это задний ход! Покувыркался на полу и засомневался, не порченый ли товар берет, как выразилась леди Сильвия. Нет, так легко ему это не сойдет!

Обуздав свой гнев, Габби проговорила спокойным тоном:

– И что именно вы хотите обсудить?

– Я должен немного прояснить, какой из меня получится муж.

Вот оно что! Он собирается сказать, что такая девушка заслуживает лучшего мужчины, и таким образом оправдать расторжение помолвки. Ничто не могло вызвать большей ярости, чем этот трусливый прием. Но в конце концов, она же ему не навязывалась. Нет так нет. Она с радостью выйдет замуж за Питера и опять почувствует себя счастливой!

– Проясняйте, – разрешила она.

– Габби, то, на что я трачу целый день, – неподобающее занятие для джентльмена, в частности моя инвестиционная деятельность. Отец готов предать меня анафеме за то, что я вообще чем-то занимаюсь.

«Прекрасно! – возликовала Габби. – Этот довод не пройдет!»

– Мой отец занимался экспортом в Нидерланды и Китай, – процедила она сквозь зубы, – и отдавал этому все свое время. И меня воспитывали в том же духе. Я не считаю, что джентльмен должен праздно слоняться по улицам от завтрака до обеда и от обеда до ужина.

Квил молчал. Он все утро себе внушал, что нужно рассказать ей обо всех своих недугах. В том числе и о мигренях после близости с женщиной – если уж быть абсолютно честным.

– И еще я хочу внести полную ясность в вопрос моего здоровья. – Сейчас он подходил к самому главному, и у нее появлялась реальная причина для расторжения помолвки. – Доктор Транкельштейн опасается, что хромота останется на всю жизнь, во всяком случае, будет возникать при усталости. Я не смогу танцевать. Кроме того, есть другие ограничения…

Когда Габби обратила на него свои прекрасные глаза, он был поражен. В них горел огонь. Был ли это гнев? Несомненно, нет.

– Ваша хромота не останавливает меня, Квил. – Габби не дала ему открыть рот. – И другие телесные последствия того злосчастного случая – тоже.

«На, получи, противный упрямец! – торжествовала она. – Может, теперь ты замолчишь?» Но «противный упрямец» порывался продолжать. Тогда она подумала с некоторой болью:

«Видно, и впрямь передумал».

– Я обязан вас предупредить… – Габби снова прервала его.

– Не нужно, Квил, – сказала она деланно-веселым тоном. – Я прекрасно понимаю, что вы решили меня… отвергнуть, и я предпочитаю это не обсуждать. В конце концов, на меня свалилось поистине ошеломляющее богатство. В данный момент у меня два жениха, и я могу делать выбор. Я буду вполне счастлива выйти замуж за Питера.

Она взмахнула рукой, как бы желая сказать, что разговор окончен, но тут же сцепила пальцы.