Насильно твоя-2

 — Покушение за покушением… Ему нужна помощь, я не верю, что он справится сам!

Андрей молчал, я начала нервничать, словно на допросе. Отказал бы или согласился, но это молчание невыносимо! Он хотел меня себе — так в чем же дело, бери. А сейчас медлит.

— Ты любишь Эмиля?

Вопрос отозвался острой болью в сердце. Я закрыла глаза и выплюнула этот сгусток боли:

— Да, — лицо зачерствело.

Я могла бы обещать, что буду хорошей женой, но было противно даже говорить.

— Я хочу его спасти, — через силу продолжила я. — Пусть он со мной не будет… Но я буду знать, что с ним все хорошо. Мне этого хватит.

— А жить хочешь со мной?

Серьезное лицо с кривым ртом говорило само за себя — я поставила его перед сложным выбором.

— Ты хочешь, — поправила я.

— Если погорячилась, Дина, — он отвел взгляд. — Возьми слова обратно. Другой возможности не будет.

— Я хочу, чтобы он жил, — отрезала я, сжав зубы.

Андрей не ответил, но кивнул. Он еще не убрал оружие с колен, и молча собрал обратно, с ожесточением прикрутив глушитель к стволу.

— Предупреждаю. Я не люблю, когда со мной играют.

— Я не играю.

— Тогда идем.

Я вышла из машины под сырой весенний ветер. Он раздул волосы, отбрасывая их за спину. Не знаю куда, но я пошла за сгорбленной фигурой. Он так ничего и не ответил… Андрей направился вдоль улицы — мимо особняков. Пригнул голову, но расправил плечи. Шаг стал легким. При опасности он как-то внутренне собирался, меняясь.

Андрей свернул к одному из особняков. Поманив меня за собой, взбежал на крыльцо и постучал. Нам открыл амбал туповатого вида.

— Она со мной, — предупредил Андрей, когда я остановилась.

Он вошел первым, мне ничего не осталось, кроме как следовать за ним. Узкие коридоры пахли штукатуркой и растворителем. Амбал остался на входе, а мы направились вглубь дома.

— Жди здесь, — бросил он и толкнул дверь.

Я остановилась, обхватив себя руками. Бубнеж, доносившийся из-за двери, смолк, как только она открылась. На диване и креслах расположились несколько мужчин. На низком столике между ними частокол бутылок. Выпивка серьезному разговору не препятствие.

Они с недоумением обернулись: Андрей стоял на пороге с пистолетом в руке, а я маячила за ним.

— Не понял, — сказал Богдан. — А почему ты ее привез? Где парни?

Андрей вскинул руку.

Богдан даже не успел измениться в лице. Так и повалился ничком на ковер после серии негромких хлопков. Второй застыл в кресле, но обмяк, так и не успев схватить оружие. Третий повалился на стол, со звоном сметая бутылки.

Я открыла рот в немом крике. Все произошло так быстро!

Андрей обернулся и шагнул ко мне, но смотрел мимо — в конец коридора. Он ждал охранника с дверей. Пошел ему навстречу, склонив голову набок, и занял позицию за углом.