Насильно твоя-2

Мне конец, забудь! Меня убьют люди Федорова или посадят. Но я хочу, чтобы с тобой все было в порядке.

— Ты меня бросаешь…

— Так, перестань, — отрезал он. — Это моя война. Война Эмиля. Не твоя, Дина. Если кто-то должен умереть, лучше мы, чем беременная женщина, которую мы любим."

"Я шевельнула пальцами в теплых ладонях Андрея. Если бы он не призывал быть сильной, я бы уже разревелась. Эмиль пытался меня как-то устроить… Андрей просто отправляет в свободное плавание!

— Я не справлюсь…

— Справишься, — уверенно сказал он. — Я не могу помочь. Меня могут прижать. На этот случай я не должен знать, где ты. Понимаешь?

Я опустила глаза — не могла больше выносить его взгляда. Андрей оговорил себя под пытками, они давно его сломали. Он больше не доверяет себе.

— Понимаю.

— Ну все, — он кривовато улыбнулся, нежно очертил подбородок пальцами. — Не куксись. Подумай о себе и ребенке. Если мальчик, в мою честь назови, ладно? Эмиль перебьется. Хватит того, что он отцом стал.

Я усмехнулась.

Мне бы плакать, но слез не было, и даже боль притихла. Есть моменты, когда понимаешь — ничего не изменить. Придется лицом встречать судьбу. Чтобы спасти одно, придется уничтожать остальное. Чем-то жертвовать — моими мужчинами. Ради крупицы счастья в мире, полном зла.

Глава 44

— Деньги, — Андрей выложил на стол несколько пачек, следом появился паспорт. — Документы.

Я пролистала книжечку — мои лицо и имя, но другая фамилия. Андрей позаботился о том, чтобы я не мозолила глаза фамилией мужа.

Мы старались не смотреть друг другу в глаза. Пока я переодевалась, он разобрал и спрятал в сумку винтовку. Красное платье я с сожалением оставила в шкафу, представив, как через месяц хозяйка квартиры обнаружит следы нашего пребывания. К тому времени нас может не быть в живых.

Вещи я сложила в пакет, и оказалось, что с Андреем мы собрались одновременно. Причин тянуть нет. Пора идти.

Мы спустились во двор. Еще не расстались, а я уже чувствовала себя покинутой. Мою обездоленность выдавал растерянный, беззащитный взгляд.

Июнь не скоро, но улица встретила летним теплом.

Это был двор-колодец, как их называют, любопытные могли наблюдать за нами из окон. Подворотня выводила на незнакомую, полупустую улицу, где мы должны разойтись.

Поправив сумку с оружием на плече, Андрей остановил меня перед подворотней, и взял за плечи.

— Я не должен знать, куда ты пойдешь, — напомнил он. — Но держись людных мест. Не рискуй зря, один намек, что на тебя вышли, и обращайся в ФСБ. Не думай о нас.

Я кивнула.

Хотелось попросить: не уходи, не бросай меня. Остаться одной среди ада — это слишком. Я не справлюсь… Но я понимала, это эмоции, а Андрей учил полагаться на разум.

И все-таки я сказала:

— Мне страшно одной.

— Брось, — улыбнулся он. — Ты не одна.