Насильно мил (не) буду

Меня зовут Вячеслав Викторович Пашпировский, и я буду преподавать у вас основы психологии.

Открываю в планшете заметки и заношу информацию. Должна признать, кроме яркой внешности Вячеслав Викторович умеет заинтересовать предметом. Все полтора часа лекции слушаю его с неугасающим интересом, впрочем как и все остальные.

Наверное, это какой-то продуманный коммерческий ход – поставить преподавать такого учителя. От учениц отбоя не будет.

Невольно сравниваю Мистера Вселенную и Захара.

Ну… Мистер Вселенная хорош, это бесспорно, но Захар все-таки побеждает. Для меня он в сто раз лучше, и я его не променяю ни на кого.

Вспоминаю, что мы делали этим утром, и невольно закатываю глаза.

Люблю моего мужчину до дрожи в коленках!

Он – мое все. Поселился в сердце с таким количеством чемоданов, что при всем желании его оттуда не депортируешь. Кстати, ему совершенно не потребовалось на это много времени. Справился за пару недель. Наверное, так оно и бывает, когда встречаешь нужного человека.

Так сильно его люблю, как только умею. А я, оказывается, умею! Даже не подозревала в себе способности испытывать такие эмоции.

Глава 32. Большая любовь Яси

Ясмина

Жизнь прекрасна. Вы не знали? Знайте!

Меня в последнее время все радует – буквально все. Наша с Захаром заново меблированная квартира, сексуальная жизнь, моя учеба, подруги.

Да, да, я успела кое с кем подружиться! Впервые за не знаю сколько лет.

Саша и Маша – белокурые пекари-пухляшки. Как оказалось, и правда сестры. Двуяйцевые близнецы с одной на двоих душой, настолько они похожи характером. К тому же эти двое связаны друг с другом на каком-то космическом уровне.

Им тоже по двадцать два. Так же, как и я, они пришли в психологию, чтобы разобраться в своих душевных травмах. Девчонок одних в тайге не бросали, как меня, и не заставляли играть в игру под названием «Выживание». Но отчим-алкоголик, периодически пытающийся приставать то к одной, то к другой, до сих пор снится им в кошмарах. Я с первых минут почувствовала душевное родство с ними, поняла их боль. Удивительно, как эти двое смогли вырасти такими смешливыми, искренними, учитывая, в каких условиях им пришлось взрослеть.

Впрочем, как я узнала в первые же дни занятий, смех – зачастую способ снять неловкость или замаскировать страх. Это было для меня открытием… Может быть, поэтому они и хохотушки.

Сижу теперь между ними за длинной партой в большой и светлой аудитории, наслаждаюсь компанией. Это очень приятно – иметь подруг. У меня их не было с двенадцати лет. С Сашей и Машей можно поговорить обо всем на свете: о рецептах, мужчинах, обивке дивана, о туши для ресниц, психологии, психологии, психологии.

Впрочем, нередко мне приходится осаживать этих болтушек, чтобы не мешали слушать лекцию.