Нашла себе блондина!

Но все же я настояла на своем И не потому, что он так уж легко согласился с моими доводами, а потому что в моей крохотной квартирке ему трудно работалось. Особенно когда я была дома. Он вообще как-то плохо помещался в ней. Но зато теперь он отвозил меня в Измайлово на своей «Волге» и вечером забирал.

Алла Захаровна уехала в дом отдыха, а к ее возвращению я купила в кондитерской, что напротив Елисеевского, большущий шоколадно-вафельный торт с шоколадным зайцем, как и обещала. Торт был дорогой, да еще пришлось переплатить, потому что теперь почти все стало дефицитом. Но я была так счастлива, что никаких денег не пожалела бы… Каждый раз, возвращаясь домой, даже из булочной, я замирала у своей двери, боясь, что мне все только приснилось, а наяву никто меня в квартире не ждет, но, приложив ухо к двери, я слышала стук пишущей машинки и, умирая от счастья, на цыпочках входила в квартиру. Он иногда мог целый день сидеть за столом, не обращая на меня внимания, но я не обижалась, а занималась своими делами Швейная машинка теперь стояла на кухне, и там я шила свои сумки и юбки.

Райка почти не появлялась. Почему-то Никита внушал ей страх.

– Я его боюсь, – призналась она мне по телефону.

– Боишься? Да почему? – удивилась я.

– Не знаю, он какой-то… неродной. Какой-то слишком взрослый, понимаешь? И как ты с ним живешь?

– Хорошо живу, Райка, как в сказке.

– А он тебе не запретил со мной водиться?

– Даты что? С какой это стати? Он мне вообще ничего не запрещает.

Но Райка, кажется, не верила. Когда по выходным Никита приезжал забирать меня из Измайлова, он всегда подвозил Райку, куда ей нужно, однако я чувствовала, что она всякий раз при нем зажимается, что ей абсолютно несвойственно.

Но вскоре нашему бизнесу пришел конец. Как-то вечером Райка позвонила мне, и голос у нее был жутко взволнованный.

– Татьянка, мне надо с тобой встретиться!

– Ну что, говори скорее! – испугалась я.

– Не по телефону! Можешь завтра с утра со мной встретиться в центре?

– Тогда давай в десять часов, нет, лучше в одиннадцать возле «Праги». Со стороны старого Арбата. Договорились?

– Райка, хоть намекни, это плохое или хорошее?

– А я знаю? Вот хочу с тобой посоветоваться, чтобы понять, плохое или хорошее. Все, подружка, целую крепко, ваша репка!

Она хочет посоветоваться со мной… Плохое или хорошее… Наверняка залетела и думает, делать аборт или рожать. А что я ей скажу? Конечно, если она родит, то ее мать, наверное, согласится воспитывать ребеночка, она неплохая тетка. Тогда, конечно, лучше родить, сколько можно делать аборты, потом и вовсе не родишь… Так Райке и скажу, решила я и успокоилась.

– Ты о чем тут задумалась? – раздался ласковый голос. В дверях кухни стоял Никита и улыбался. Как ему тут, наверное, тесно, мелькнуло у меня в голове.