Место нашей любви

— То есть, ты хочешь сказать, что наши женщины откажутся от покровительства сильного мужчины, чтобы выбрать ущербного? — вскричал Джо, вскакивая со своего места.

— Нет, — ровным голосом ответила Санира, привыкшая к вспышкам ревности любимого. — Наших женщин сейчас не спасёт смена партнёра, большинство из них зачать и выносить детей уже никогда не смогут. Будет всё с точностью до наоборот. Рожать должны землянки. Они спокойно могут зачать и родить от манаукца. Это, конечно, пока только теория, но шиямата настаивает на том, что никаких физиологических препятствий не существует, только психологические барьеры. Вот их-то и придётся научиться преодолевать. Легко это не будет, сами понимаете почему.

— А что же Дорнир? — успокоившись, поинтересовался Джо.

Вик улыбался, он никак не мог поверить, что счастье возможно. И, по сути дела, сейчас решалась его дальнейшая судьба. Быть им с Линдой официальной парой или он так и будет по-тихому за ней приглядывать, не смея объявить во всеуслышание свои права на неё.

— В очень грубой форме разрешил, сказал, что вмешиваться не станет. Сам понимаешь, у него очень тяжёлая ситуация. Время подходит к концу жизни, а детей так и не родил.

— Повтори мне его слова, чтобы я был уверен, что он и вправду разрешил, — потребовал от неё Джо.

— «Да спите с кем хотите, только чтобы были результаты. Мне нужны положительные результаты», — спокойно процитировала Санира президента, вспоминая, как он раненым зверем носился по кабинету.

Мужчины переглянусь. Надежда расцвела в душе Викрама, Джохар же был крайне недоволен, что президент так легко сдался.

— Хорошо, — после долгих раздумий произнес контрразведчик. — Только, Вик, ты должен помнить, что Линда не простая землянка, которую можно просто умыкнуть. Земляне могут воспользоваться твоей слабостью. Я бы на твоём месте плавно подвел их к мысли отдать нам её добровольно. Понимаешь? Сами должны.

— Понимаю и я ничего не забываю, друг, — глухо отозвался начальник службы безопасности, потирая занывший вдруг шрам. — Больше я не позволю играть мной.

— Уверен? Твой братец Дармир уже знает о Линде, и он не успокоится, пока не положит тебя на лопатки.

— Значит, я его упокою, — зловеще прошептал мужчина, но женщина его услышала.

— Успокоишь? Но как? Он не бросал тебе вызова! — забеспокоилась Санира, с тревогой глядя, как заострились черты лица Вика.

Он бросил на неё взгляд из-под бровей, от чего её бросило в дрожь.

— Уже. Он это сделал, так что, я в своём праве. Не лезьте, шия посол. А братца я не успокою, а упокою… навечно.

— Ши Махтан! — гневно воскликнула Санира, стукнув по столу рукой. — Я запрещаю! Все и так знают, что он тогда применил подлый приём.