Рыцарь нашего времени

Он ревел перепуганно, как маленький ребенок, а не одиннадцатилетний мальчишка, и Сергей не мог этого выдержать.

– Что. Случилось. – раздельно спросил он, стоя над Машей, успокаивающей сына. – Скажи, наконец!

Маша подняла на него глаза и негромко ответила:

– На нас напали. Внизу, в подъезде. Прижали меня к стене, у одного в руках был нож.

Сергей почувствовал, как виски стиснуло обручем.

– Сколько их было? – Горло у него перехватило спазмом, и ему пришлось повторить, прежде чем она поняла.

– Трое. Все в масках.

– Что им было нужно? Маша, не молчи! Они ударили тебя? Издевались? Что-то взяли?

Костя всхлипывал, уткнувшись маме в живот. Маша закусила бескровную губу, помолчала...

– Они хотят, чтобы ты не лез в расследование смерти Силотского, – тихо сказала она."

"Несколько секунду Бабкин стоял неподвижно, переваривая ее слова. Затем сел рядом с ними на пол, сгреб их в охапку, прижал к себе и гладил Костю по вихрастой макушке до тех пор, пока мальчик не перестал всхлипывать. И только тогда вспомнил о Макаре.

* * *Илюшин поужинал в одном из тихих ресторанчиков в переулках возле Китай-города, надеясь переждать снегопад, а затем прогуляться. Однако надежды его не оправдались, и, выйдя из ресторана, он сразу пошел к метро, накинув капюшон. Прохожие торопились нырнуть в переход, толкая друг друга и ежеминутно поскальзываясь на ледяной корке. Макар лавировал между ними, обгонял, пристраивался в хвост к быстро движущимся и широкоплечим, получая от движения в толпе некоторое удовольствие. В вагоне он встал возле двери и полуприкрыл глаза, рассматривая пассажиров и развлекая себя придумыванием историй, которые могли бы случиться с каждым из них полчаса спустя, по дороге домой.

Выйдя из метро, Макар обнаружил, что совершенно стемнело и снег летит даже не наискось, а перпендикулярно, словно задавшись целью причинить наибольший вред пешеходам. Резко похолодало, и ему пришлось замотать шарф вокруг шеи так, что незакрытыми остались одни глаза. Часто моргая от слепящего снега, Илюшин торопливо срезал путь и вскоре вышел к новостройке, мимо которой вела дорога к его дому.

Новостройка была незаконченной. Три высоких корпуса выросли в глубине района за несколько месяцев, и жители успели привыкнуть к постоянной размазне на дороге, которую регулярно вымешивали «КамАЗы». Дойдя до угла первой высотки, Макар, прищурившись, разглядел, что дорога перекрыта, и даже разобрал привычную фразу об извинениях за доставленные неудобства.

Нарисованная на бумажном плакате стрелка недвусмысленно указывала, куда застройщики рекомендуют идти неудачливому пешеходу. Проход между первым и вторым корпусами был узким и неосвещенным, но выбора у Макара не было.