Наше вам с кисточкой, босс (СИ)

Следом прилетела ещё одна смс-ка:

«Так, если у тебя там целых два секси-брата, может, поделишься? Отдашь старшенького? Мне теперь мужик ой как нужен! Ты не можешь позволить своему крёстному сыну расти без отца. Это я так намекаю, чтобы ты фотку горячего доктора скинула».

Любопытство Анюты тоже меры не знало. Я фыркнула и забила в поисковике имя и фамилию «жениха» подруги. Жених понятия не имел, что его заранее обрекли на брак с рыжей занозой. Выступал себе на всяких симпозиумах. Даже дал парочку интервью в меру известным блогерам, но все фотографии были либо тёмными, либо какими-то размытыми. Не передавали всю потрясность второго по идеальности мужчины из всех, кого я видела. Но ссылки я всё равно отправила. Пусть почитает, там можно восхититься не только породистым лицом, но и шлейфом гениальности в пару-тройку километров.

В соцсети я догадалась залезть, когда первые две страницы гугла уже были изучены. Стукнула себя по лбу и нашла Давыдова-старшего в подписках Елены Станиславовны. Аккаунт у него был закрыт, и я почти расстроилась. Запросила подписку и пошла домывать посуду. Андрей одобрил запрос почти мгновенно.

В целом было понятно, почему он его закрыл. Хотел провести границу между собой-хирургом и собой-человеком. Постил фотографии из путешествий, снимки с семейных барбекю. Я с упоением скринила их для Анюты, а потом из любопытства залезла в «актуальное». Первый же альбом – сторис со дня медика. Шумный корпоратив, чисто профессиональные посты и танец, от которого у мёня покраснели даже кончики ушей.

Мужчина с телом Аполлона, не стесняясь раздевался под провокационную музыку. Покачивал бёдрами в такт и крутил в воздухе стетоскопом. Неудивительно, что коллеги-девушки пищали и визжали в полный голос. От такого номера вся женская половина коллектива должна была в экстаз впасть.

Я прикусила губу и с трудом нашла, как на телефоне сделать видеозапись экрана. Такое Анюта просто обязана увидеть! Представляю лицо однокурсницы, когда образ чопорного доктора разобьётся об первые же ноты горячей мелодии из сторис.

Пару минут Анька молчала, рассматривая скрины. Возможно, несколько раз пересмотрела видео. Я ждала её реакции и едва сдерживала смех. Если я хотя бы немного знала свою подругу, то сейчас она уже должна была наговаривать мне очень эмоциональное голосовое сообщение с кучей эпитетов и междометий. «Ух! Какой!.. А пресс? Мамочки, я такие кубики только в кино видела! Ой-ой-ой, что творит, чертяка! Алькааааа… К такому доктору на приём я бы записалась!»

Тем удивительнее было обычное текстовое сообщение, состоящее из двух строк: «Твою мать, Василевская. Это ОН! Отец моего ребёнка».

Цензурные слова в моём лексиконе закончились раз и навсегда. Москва — огромная. Просто нереально огромная.