Наше шаткое равновесие

— Какой спектакль? Ты нормальный вообще? — начинает повышать голос.

И это мне совсем некстати.

— В тачку села, я сказал, — дергаю ее за руку, и она почти впечатывается в дверцу машины.

Шугается, смотрит затравленными глазками и, заткнувшись, усаживается на сидение.

— Умница.

Поворачиваю ключ в зажигании, приоткрывая окно. Небольшая щелка. Прикуриваю, сжимая сигарету зубами, выкручиваю руль, чтобы ехать обратно в город.

— Ну так что, к тебе или ко мне? — сжимаю ее колено.

— Отвали от меня, Мурас!

Смеюсь. Громко.

— Не ссы. Но должок вернуть придется.

— Как?

— Ты же у нас судейская дочка…

— И?

— Значит, договоримся…

— Я не буду вмешивать отца…

— Если я скажу, — резко жму по тормозам, обхватывая ладонью ее горло, — кого угодно вмешаешь, — отпускаю, нажимая на газ, — да и, к тому же, бумажки на тебя у Фролова до сих пор лежат. Думаю, папочка не обрадуется, если узнает, что дочь позорит фамилию, пьяная за рулем, деньги явно портят людей, — усмехаюсь, — …он же у нас самых честных правил, не так ли? И прекрати делать вид, что меня не знаешь!

Она напрягается, ее взгляд касается моего лица, прямо как тогда. Молчит, а я смотрю на дорогу и словно перемещаюсь во времени.

* * *Общежитие юрфака. Пять лет назад

Бесит она меня. Вот этой своей дерзостью. Жутко бесит. Смелая гадина. И как только мозгов хватило это пиво дурацкое в меня плеснуть. Че не в Яшу?

Это я точно не прощу. Тяну ее на себя, видя в глазах страх. Правильно — бойся, моя дорогая. Бойся. Касаюсь ладонью спины. Ее лицо оказывается совсем близко. Красивая. Красивая, зараза.

Я ее когда впервые здесь увидел… точнее заметил, без этого своего капюшона, залип. Она тогда что-то готовила, музыку в наушниках слушала. И походу, никого, кроме своего супа, вокруг не видела. Минуты три за ней наблюдал. А когда вечером с Алкой тра*ался, в башке она была. Ведьма чертова.

А гадство все в том, что ей пофиг. Ходит вся такая не от мира сего. Ничего ей не интересно. Никто ей не нужен. Сама по себе. Из кухни в комнату, иногда покурить. И не видно ее.

А у меня ступор какой-то срабатывает. О чем с ней говорить? Кажется, что скажи что-то не то, и пошлет. Как сегодня — тупо дверь передо мной закрыла. Молодец. Я ох*ел. Такого у меня точно не было.

А теперь стоит, глазами своими хлопает. А я не понимаю, чего хочу больше, придушить ее или поцеловать.

— Страшно? — цепляюсь пальцами за ее подбородок.

— Нет, — склоняет голову вбок, — я тебя не боюсь.

Склоняюсь ближе к ней, касаясь своим лбом ее.

— Я тебе сегодня звонил, а ты трубку не взяла… — говорю тише.

— Планы поменялись. Я же сказала.

— Я заметил. Чаек и сериальчики. Супер.

— Чего тебе от меня надо?

— Не знаю.

Провожу пальцами по внутренней стороне ее руки. От сгиба локтя вниз. Сжимаю тонкие пальцы в своей ладони. Я сегодня не пил.