Наша вина

– Подожди меня внизу, – сказал он командным тоном, которого я никогда раньше не слышала.

Мое сердце чуть не остановилось, когда он направился к двери."

"– Брайар… Брайар, пожалуйста… верни мне его, пожалуйста, – я плакала, пытаясь вырваться из рук Майкла. Брайар на мгновение остановилась. Ее глаза скользнули по мне, затем остановились на Майкле и, наконец, на Энди.

– Прости, Ноа, – извинилась она, исчезая на лестнице.

– Нет! – крикнула я изо всех сил. Эндрю завизжал в истерике, а Майкл развернул меня, прижав спиной к стене.

– Ты думала, что сможешь продолжать свою чертову жизнь, как будто я ничего не стою? Думала, я позволю этому засранцу завладеть тобой и ничего не сделаю?

Я начала неудержимо плакать. Не могла поверить, что это происходит со мной.

Николаса не было рядом, Стива тоже…

Затем я вспомнила разговор с Ником всего несколько недель назад. Я не обращала на него особого внимания, он всегда был так озабочен моей безопасностью, всегда так беспокоился, что кто-то может снова захотеть причинить нам вред… Теперь я понимала, почему он взял с собой Стива…

– В доме установлена сигнализация, Ноа, – сказал Ник, когда я кормила Эндрю из бутылочки, не в силах оторвать глаз от ребенка. – Учитывая твой предыдущий опыт с сигнализацией, чтобы тебе не приходилось вводить пароли каждый раз, когда входишь или выходишь, тревожную кнопку разместили вот здесь, нужно просто нажать, и она активируется. Ты меня слушаешь?

Я подняла глаза от младенца и рассеянно улыбнулась ему.

– Да, да, пожарная сигнализация, конечно, я слышу.

Николас подошел ко мне со вздохом.

– Тревожная кнопка, Ноа, она под кухонной стойкой.

В этот момент Энди издал несколько очаровательных воркующих звуков, и мое внимание снова было приковано к нему. Николас выхватил ребенка из моих рук, глядя на меня.

– Черт, Ноа, это важно!

Я посмотрела на него и подняла руки.

– Ты слишком волнуешься, но я поняла тебя, а теперь отдай мне Эндрю.

Ник вздохнул, покачал головой и передал ребенка мне.

– Напомни мне сказать тебе, где именно…

Но я уже не слушала… и так ни о чем ему не напомнила…

– Десять тысяч долларов, которые он дал мне, чтобы я убрался, какое-то время были полезны… но у твоего бойфренда гораздо больше, чем десять тысяч долларов, верно, дорогая? – спросил Майкл, вырывая меня из задумчивости.

Он хотел денег… Почему я не удивлена?

– Ты сукин сын, – выпалила я, ненавидя его так, как никогда никого не ненавидела.

Майкл стиснул зубы и, прежде чем я успела что-то сделать, ударил меня по лицу.

– Никогда больше не оскорбляй мою мать. Поняла?!

Я дрожала от страха, но старалась быть сильной.