Наша вина

 – Ты слышал меня?! – закричала я, внезапно разозлившись на него, на себя, на весь мир…

Ник глубоко вздохнул и кивнул. Но я еще не закончила.

– Ты обещал, что не оставишь меня, поклялся мне, что ничто больше не сможет нас разлучить! И ты снова чуть не бросил меня!

Ник посмотрел на меня, ничего не говоря… но на его глазах выступили слезы.

– Мы ведь уже решили, что будем воспитывать ребенка вместе!

Рыдания застряли у меня в горле.

– Ноа…

– Что бы я делала, если бы ты умер, Николас?! – я безутешно заплакала. Закрыла лицо руками, не в силах совладать с собой…

Просыпаться по утрам, зная, что Николаса больше нет… Не иметь возможности поцеловать его или обнять, почувствовать его кожу, потеряться в его взгляде, никогда больше не ощутить, что такое любить и чувствовать себя в безопасности…

Через мгновение я открыла глаза, вытерла слезы и посмотрела на него.

Когда по его щеке скатилась слеза, я почувствовала, что мое тело свело судорогой, чертов шок, заставил меня отреагировать. Я подошла к нему и позволила обнять себя. Осторожно села к нему на колени и уткнулась лицом в изгиб его шеи, безудержно плача и не зная, как остановиться.

– Мне никогда в жизни не было так страшно, – призналась я, промачивая его рубашку слезами и чувствуя, как он дрожит под моим телом.

– Я знаю, – согласился он, гладя меня по волосам и крепко сжимая. – Я знаю, потому что чувствовал тот же страх, что и ты… Но я не уйду, Ноа, я никуда не уйду…

Я позволила ему продолжать шептать мне приятные вещи. Я впитывала его запах, тепло, близость, стук его сердца, бешено бьющегося рядом с моим.

– Прости, что настояла приехать… Если бы я не попросила тебя, этого бы не случилось, это все моя вина, Ник. Я снова виновата в том, что чуть не потеряла тебя…

Николас крепко взял меня за подбородок.

– Ты ни в чем не виновата, слышишь? – яростно ответила он.

– Если бы я умела принимать то, что ты хотел мне дать… Если бы я не боялась снова быть с тобой…

– Ноа… помолчи, хорошо? – он оборвал меня, а затем подарил поцелуй, который заставил меня вздрогнуть. Он поцеловал меня так, как умел только он, поцеловал так, как хотел с тех пор, как мы расстались… как я хотела, чтобы он поцеловал меня в тот день, когда он сказал, что никогда больше не сможет полюбить меня…

– Я люблю тебя, Ник, – сказала я, когда он отстранился, чтобы дать мне сделать вдох.

Его глаза смотрели на мое лицо, словно желая запомнить каждую мою черту. Я положила руку на его выбритую щеку и погладила. Он поцеловал меня в щеки, подбородок и нос. Поднял мою рубашку и положил руку на уже заметный живот.

– Ничто больше не разлучит нас, Ноа, клянусь нашим сыном.

Я крепко обняла его и уткнулась головой ему в шею.