Наша вина

Доктор снова провел зондом по моей коже, и спустя время, которое показалось вечностью, он посмотрел на нас с веселой улыбкой.

– У вас мальчик.

Мир остановился, и мое сердце тоже.

Сын… Я испытала столько эмоций, что мои глаза наполнились слезами. Наши взгляды встретились, и мы оба улыбнулись, вспомнив разговор в машине. Я до сих пор помню реакцию Ника, это лучшее воспоминание в своей жизни. Он так оторопел, что смотрел на экран несколько секунд. То, что он сделал дальше, застало меня врасплох: он наклонился и поцеловал меня в губы, поцелуй, который я приняла с удовольствием и смущением, поскольку доктор Хаббер находился на расстоянии менее полуметра от нас. Ник заглянул мне в глаза, оторвался от моих губ, и я почувствовала, как таю.

– Мини-Ты стал Мини-Мной, – прокомментировал он, улыбаясь мне.

– Не зазнавайся, – шутливо предупредила я.

На обратном пути в отель, теперь, когда мы знали, что с ребенком все в порядке и что я могу вести нормальную жизнь, я начала строить в голове планы, согласно которым, наконец, смогу взять свою жизнь под контроль. Хотелось снова почувствовать себя полезной. Для кого-то вроде меня, привыкшего к движению, провести почти месяц в постели было ужасным кошмаром.

– Мне нужно размять ноги, боже, я хочу пробежаться, хочу сходить в университет, вернуться на работу… – мечтательно выпалила я, глядя в окно.

– Разве ты не слышала доктора? – Николас резко оборвал меня. – Гематома полностью не исчезла, ты не можешь вести себя так, как будто ничего не произошло.

Я повернулась к нему.

– А может, это ты не слышал? – сказала я. – Теперь я могу вести нормальный образ жизни. Легко говорить, ведь не ты месяц был прикован к постели.

Николас выдохнул через нос и крепко сжал руль.

– Нам нужно поговорить о моей квартире в центре… Знаю, ты не хочешь туда переезжать, и я это уважаю, но нам нужно разобраться. Отель – отличный вариант, но в нем я привлекаю слишком много внимания, а сейчас это последнее, чего я хочу.

«Нам?»

– Я оплатила свою квартиру и ожидаю, когда перееду в нее, Ник, – сказала я, желая вернуться в нее, провести некоторое время в одиночестве и подготовиться ко всему, что мне предстоит. – А ты возвращайся в свою.

– Ты правда этого хочешь? Жить порознь? – его голос выражал боль и гнев из-за моих слов.

– Мы не можем жить вместе, потому что мы не вместе.

И, как бы я этого ни хотела, такова была реальность.

– Боже мой, Ноа, все изменилось, не так ли?

Я покачала головой, это было именно то, чего я опасалась.

– Единственное, что изменилось, так это то, что у меня будет ребенок, но никто не говорит, что мы с тобой должны снова жить вместе.