Наша навсегда

Оплачивал коммуналку, когда я забывала снять показания счетчика, обновлял счет на карте для метро, на телефоне, и так далее.

Сейчас я все уже делаю сама, научилась и привыкла. И деньги от него не принимаю уже год почти.

И это его, кстати, бесит.

Он искренне считает, что я плохо живу, плохо питаюсь, и в последнюю нашу встречу долго смотрел на мои короткие волосы и молчал.

А потом спросил:

— Зачем?

Я отговорилась тем, что надоели волосы, что-то легкомысленно болтала… Ну не рассказывать же ему, что волосы я обстригла сама, ночью, проснувшись от жуткого кошмара, что меня утягивают на дно водоросли, обмотавшиеся вокруг шеи. И душат.

Я вскочила, задыхаясь от ужаса, кинулась в ванную комнату и обстригла волосы.

А потом долго смотрела на себя в зеркало, удивляясь обнажившейся тонкой шее, ставшим еще больше и глубже глазам и невероятной легкости в голове.

Это было странное ощущение. Словно огромную тяжесть носить, носить, не замечая уже этой тяжести. А потом ее скинуть.

И почувствовать себя живой и свободной.

Я той ночью так и не уснула, села за компьютер и начала писать.

И строчки ложились сами собой, словно не я их писала, а кто-то свыше диктовал.

Наверно, именно это было каким-то переломным моментом.

Я рассеянно трогаю свои волосы, никак не искоренив пока что привычку зачесывать их назад, словно длинные они еще, тяжелые.

Трогаю мягкие кудряшки, снова чуть-чуть удивляясь."

"У меня, оказывается, немного волнистые волосы. На длине это было незаметным, они под тяжестью своей распрямлялись. А сейчас кончики красиво лежат чуть ниже шеи, подвиваются. И челка, которую я вчера убрала назад, пряча волосы в гульку, сейчас свободно падает и закрывает лицо ниже бровей.

Вчера я ощущала себя очень плохо: после дороги и встречи с мамой, тяжелой эмоциональной встряски. И выглядела очень плохо.

А сегодня… Сегодня меня точно никто не узнал бы…

— Вася? — тихий вопрос заставляет вздрогнуть, — Вася…

Поворачиваюсь и смотрю растерянно на еще один привет из прошлого и думаю, что как-то людно тут, в больнице…

Или мне так везет?

22

— Вася… — Маринка, вообще не изменившаяся, все такая же симпатичная, стройная и жизнерадостная, стремительно подходит ко мне, порывисто обнимает, — Вася, боже! Это реально ты! Ты!

Я только ресницами хлопаю изумленно.

Столько эмоций!

А когда мне было плохо, как-то никто мне не помог… Кроме Тошки.

Никто даже не поинтересовался, что со мной.

И на мои звонки не ответил.

Она не ответила.

Ни на один.

— Привет, — говорю я просто потому, что надо что-то сказать. Мы же были подругами, да?

— Ты что здесь?.. — Маринка отрывается от меня, но рук не убирает, сжимает за плечи, словно боится отпустить, — ты давно приехала? Одна? С мужем?

То есть, насчет мужа в курсе? Откуда?

— Одна. К маме.