Наша навсегда

Чтоб не просыпаться,чтоб сквозь темень тишины слабо ощутить,Как горчит губами он, как велит остатьсяи раскрыть глаза скорей. И про все забыть.Это будет долгий вздох. Чтоб не задохнуться,Чтоб усилием слепым легкие раскрытьи поверить, что назад нам нельзя вернуться,и поверить, что во сне невозможно жить.Только эта тишина, этот шорох ночи,что сплетает мертвый сон с сказкой наяву,мне вернет прошедший день, солнце обесточит.И я буду сладко спать, веря, что живу.3.02.25. М. Зайцева52

Внизу, на огромном диване в гостиной, сидят и мирно общаются трое мужчин. Лис-старший, мой Лис и… И кряжистый широкоплечий, мощный, словно дуб, мужчина.

Я его видела один раз до этого, на записи. Но узнаю сразу.

Виталий Большой.

Мой предполагаемый отец.

Мы с Лешкой спускаемся к ним, медленно, я еще и притормаживаю от неожиданности, и Лешка меня подхватывает за талию, не давая упасть.

Его большая лапа так и остается на моей пояснице, когда мы уже доходим до самого низа лестницы.

Я в шоке, смотрю на гостя Бешеного Лиса, не отрываясь. И он отвечает мне тем же.

Его лицо, суровое, красное, словно бы обветренное какое-то, с ярко выраженными носогубными складками и жесткой линией рта, становится белым.

И взгляд остреет.

Он поднимается с дивана, сжимает растерянно руки:

— Лара? — голос его тихий и неуверенный.

А взгляд — жадный, неверящий.

Лара… Мою маму зовут Лариса.

Он меня за маму принимает?

Я подхожу ближе, отчаянно стараясь удержать лицо.

Мощная громада Камня позади служит отличной опорой. А внимательный восхищенный взгляд Лиса — придает силы.

— Это моя мама — Лариса, — говорю я спокойно, — а меня зовут Василиса.

— Василиса… — повторяет Большой, кивая чему-то, и снова меня оглядывает, в этот раз медленно, неторопливо: лицо, шею, растрепавшиеся короткие волосы, футболку эту дурацкую… Лапу Камня на талии. Тут он тормозит чуть-чуть, ноздри вздрагивают.

Затем возвращается к лицу.

— На мать похожа, — хрипло говорит он. — А… отец кто?

— Думала, что тот, кто меня воспитывал, — пожимаю я плечами, — но, похоже, это не так."

"— Если не так, то… похоже… это я. — Фраза дается Виталию с трудом, через силу. И кровь, отхлынувшая было от лица, возвращается обратно в усиленном темпе.

— Это не факт, так что… — пожимаю я плечами, а Камень подталкивает меня к дивану.

— Садись, маленькая.

Я сажусь с Игнатом, он незаметно пожимает мою ладонь, ободряя, Камень валится рядом, заставляя таким образом Большого сесть напротив, к Бешеному Лису.

Большой садится, смотрит, как Камень демонстративно кладет свою здоровенную ладонь мне на плечо. Очень по-собственнически, нахально, я бы сказала.

— Парень твой? — кивает он на ладонь Камня.

— Можно и так сказать… — уклончиво отвечаю я, не желая распространяться об особенностях своей личной жизни.