Любимая наша

− Что значит: «Как я и думал»? То есть ты знал, что так будет? – приподнимаюсь на локтях. – Знал, и всё равно привёз меня… сюда? Ты же обещал… поклялся… что нам ничего не будет угрожать.

− Успокойся, − обжигает он меня строгим взглядом. – Да, я предусмотрел такую возможность и способ решения этой проблемы.

− Ах предусмотрел, − усмехаюсь криво, чувствуя, как снова всё начинает стягивать болью. – Хорошо. Значит, ты знаешь, как мне помочь.

− Знаю. Нужно всего лишь на краткое время перестать глушить твою связь с супругами и позволить им в достаточной степени подпитать тебя и детей своей энергией.

Краем глаза я замечаю, как ошарашенно округляет глаза Иса. Она уже давно догадалась, что я рассталась с отцом моих детей и скрываюсь от него, но я ей ни разу не говорила, что отцов двое, а мужей у меня и вовсе целых три.

− Без этого никак? − выдавливаю из себя, утопая в новой схватке.

− А если они не захотят… делиться энергией? – скалюсь, тяжело дыша. Хотя сама понимаю, что глупость сморозила. Ладно я. На меня пусть злятся. Но своих детей А-атон и Са-оир точно не оставят без помощи и подпитки.

Морад лишь награждает меня снисходительным взглядом.

− Они меня найдут? − закрываю глаза. Больше всего страшась даже не положительного ответа, а той безумной, необоснованной, глупой и ненужной надежды, которая вдруг вспыхивает у меня в груди. И желания хотя бы на миг почувствовать любимых рядом. Это всё гормоны, гормоны и только они.

Самое ужасное то, что я уже знаю, как поступлю. Независимо от результата.

− Существует незначительная вероятность. Но найти не значит достать, − пожимает плечами мой сообщник. – Я лишь озвучиваю вариант действий, при котором ты сможешь родить здоровых детей и сама не пострадаешь. Решение за тобой.

Ну конечно, ему я ведь уже не особо нужна. Свою задачу выполнила. Теперь можно и мужьям вернуть.

− Лина, свою часть уговора я смогу выполнить, где бы ты ни находилась, − напоминает Морад. – Как только ты будешь готова.

Это утешает. Я не собираюсь менять своё решение, не собираюсь возвращаться, не собираюсь снова быть тряпичной куклой, которую, как канат перетягивают между собой ревнивые самцы. Даже если они меня найдут, это ничего не изменит.

− Делай то, что нужно, − выдыхаю устало.

− Тогда соберись. Тебе ещё предстоит хорошо поработать, − получаю в ответ строгое наставление.

Он прав. Сейчас соберусь. Сейчас... Не ради себя, ради детей.

Под веками уже пляшут разноцветные пятна. Сознание то и дело пытается куда-то уплыть.

Но в какой-то миг всё внезапно меняется.

Это ощущается, как бурный речной поток, полноводно хлынувший через прорванную плотину. Меня вмиг наполняют такой знакомой и родной энергией. Энергиями. Израненную душу омывает тьмой, светом и пламенем. И эмоциями.