Наша игра

«Ниссан Армада», черная громадина, мигнула фарами. Они думали, ставить ли на нее жучок, но решили не рисковать. Наблюдение в таком случае может быть легко обнаружено, и тогда зверем становишься уже ты, а контр-наблюдатели – охотниками. Нравы были жесткие – выцепят, законопатят лет на пять за изнасилование крупного рогатого скота, а то и без вести пропадешь. ФСБ не церемонилась, у нее были группы чистильщиков, работавшие по Москве, по диаспорам и ЛКН – лить кровь они умели.

«Армада» тронулась, и следом тронул свой «Форд» Вахрушев. Поставленная на торпедо кружка со швейцарским сырным супом упала на колени Золотову.

– Он все равно остыл.

– Ага, а с брюками чо делать? Не, ну твою же мать…

«Ниссан Армада» мчался по ночной Москве. Вахрушев едва удерживался у него на хвосте. Флот – одно из названий наружного наблюдения. Водитель «Ниссана» слежки, скорее всего, не замечал, несмотря на то, что они работали рисково – двумя экипажами. Для того чтобы поставить наблюдение квалифицированно, нужно три или четыре. Но, скорее всего, водила «Ниссана» не заметил бы, даже если бы тачка была сегодня одна. Не до того ему было.

Золотов отключил ночник, чтобы аккумулятор не жрал, бездумно смотрел в окно. На экране окна была ночная Москва – суетная, искрящаяся мириадами огней, безумно дорогая. Ночной мираж, паутина…

Город-спрут. В нем он всегда чувствовал себя шпионом…

Впрочем, он им и был…

Машина шла на запад. Точнее, северо-запад. Это было не то направление, в котором была дача генерала. Точнее, та дача, о которой они знали. Возможно, есть еще.

Золотов попытался заставить себя думать об объекте разработки. Генерал-майор ФСБ в активном резерве – это когда тебя нет в штате, но ты все равно на службе и тебя привлекают по необходимости. Удобный инструмент, жаль, у них таких нету.

Начинал обычным опером, но в питерском Управлении ФСБ, что это такое, рассказывать не надо. На Первой чеченской не был, но на Вторую поехал, и после этого сразу пошел в гору. До сих пор поддерживает связи с определенными чеченскими структурами – явно наследие той войны. Ведь чем была та война? Россия просто выбрала одну из группировок и назначила ее главной, а та принесла ей клятву верности. Они были не более и не менее виновны перед русским народом, чем любая другая из группировок – ну, может, чуть меньше, чем тот же Басаев. Просто они оказались готовы к сделке на приемлемых для России условиях и за то получили и прощение, и целую республику в свою вотчину. Все просто.

А про пролитую кровь с обеих сторон забыли.

Вернувшись, он перевелся в Москву, галопом проскакав до генерал-майора. Занимался сначала контр-террором, но быстро перешел на борьбу с коррупцией. И, по всей видимости, ему там выпал сектор «Приз», но он забрал деньги.