Наш секрет

Ну правда, зачем мне это надо? Понимаю, товарищ, все дела. Но прийти на семейное торжество и нагло врать его жене и детям. Нахрен.

Позже мы идём париться. Вроде как тему замяли. Снимаю с себя одежду и обматываю бёдра полотенцем. Знаю, что алкоголь принимать нельзя. В жаркой парной давление может повыситься до максимальной отметки и привести к разрыву сосудов. Но мне почему-то всё равно. Пот стекает в три ручья, сердце колотится. Если оно на куски разорвётся, я даже не расстроюсь."

"Выхожу, когда встает Давид. Снимаю полотенце, иду к бассейну. Навстречу нам выходят красны девицы. Шатенка таращится на меня во все глаза, начинает кокетничать. Я прохожу мимо и с разбегу ныряю под воду. Остываю. Кажется, возвращение в этот захудалый городишко сейчас, когда я не до конца отошёл от короткого, но стремительного романа со Златовлаской, было не лучшей идеей. Здесь всё не то. Всё не так. Бесит до зубовного скрежета.

Вновь вернувшись в комнату, где накрыт стол, мы выпиваем. Шатенка пересаживается поближе, что-то о себе рассказывает. К счастью, с вопросами не лезет. В голове дурман, я тру пальцами переносицу и с грохотом ставлю пустой стакан на стол. Не обращая внимания на болтающую девицу, смотрю на Давида. Он со многими в городе знаком. А вдруг и с

ней

тоже? Понимаю, это чистой воды мазохизм! Но из-за выпитого алкоголя развязывается язык.

— Слушай. Помнишь, ты меня в кондитерскую направил? В первый день приезда?

— «Плюшка и Ватрушка»? — интересуется Давид.

— Да. Там девушка работает. Кондитер. Саша. Знаешь её?

Понимаю, это совсем не то, что мне сейчас нужно. Не то, чтобы полегчало. Информация о Саше меня окончательно добьет, раздавит. Или я именно этого и добиваюсь?

Давид сужает глаза, поджимает губы.

— Ну, положим знаю.

— Расскажи мне о ней. Что-нибудь.

Глава 55

* * *— А в чём собственно дело, Иван? — спрашивает серьезно Давид. — Понравилась?

— Понравилась, — киваю.

Он хмыкает, тянется к вискарю. Наполняет бокал и, не закусывая, выпивает.

Затем откидывается на спинку дивана и на меня смотрит. Взгляд пытливый, задумчивый. Непонятно, что у товарища в голове.

— Саша — жена моего покойного брата, — отвечает спокойно Варламов.

Он что-то и дальше говорит, но я, кажется его не слышу. Уши закладывает от дичайшего свиста. В глазах темнеет.

Какого хрена? Что, блядь, вообще происходит?

— Жена покойного брата? Саша-кондитер? — переспрашиваю сипло.

— Она там одна такая, — ухмыляется Давид. — Александра Варламова, двадцать четыре года. Блондинка. Вдова. Может помнишь, я рассказывал тебе историю. Два года назад на братца моего младшего напали грабители. Костю толкнули неудачно, тот напоролся на арматурину. Прожил после этого двадцать минут и скончался в больнице, не приходя в сознание.

Помню ли я? Что-то отдаленно, да.