Наш папа - прокурор

Там, за стеклом три стеклянных кувеза, обвешанные датчиками и подключенные к приборам. На глазах повязки, у кого-то дыхательная маска на лице. В уголке висят бирки. Они такие крошечные, им так много еще надо пройти испытаний, чтобы полноценно жить.

Вчера на операции, казалось, раз они родились, значит, все позади. Сейчас понимаю, что они просто двигались от минуса к нулю. К старту своей жизни. А сегодня у них первый день жизни. И путь к полноценной, счастливой жизни, еще долог.

Я оборачиваюсь на Сашу. Она смотрит на них не моргая и не дыша. Прикусывает губу, чуть улыбается. Она такая красивая и естественная сейчас. Такая, какая мне и понравилась год назад. Там, на набережной. Мы так же стояли, а я ее рассматривал.

Только тогда она улыбалась, а сейчас по ее щекам беззвучно текут слезы.

Мне, наверное, никогда не понять и не прочувствовать ее ощущений. Все, что меня пока с ними связывает, это пара толчков в руку, роды и одна из крошек на руках.

Это никак не девять месяцев вместе.

Пока нет врача, я разворачиваю ее к себе и обнимаю.

– Все будет хорошо, Саш. – Глажу по голове, успокаиваю, – с нашими девочками все… будет… хорошо…

Она обнимает меня в ответ и прижимается сильнее. Плечи подрагивают, она дает волю слезам и я рад, что со мной, а не одна и в подушку.

Сейчас идеальный момент помириться, но я не хочу лезть с поцелуями и лишними словами. Просто хочу, чтобы почувствовала, что я рядом и теперь уже навсегда.

Глава 20. Саша. Первая встреча

Я никогда не думала, что сердце может так стучать. То почти незаметно тихо, то тут же неожиданно громко, как будто это последние его стуки.

В груди болит от страха за своих детей. Сама бы заняла их место, потерпела бы за них, справилась бы. А они такие беспомощные, ничего не умеющие, даже сказать о том, что болит, не могут. А я обессиленно плачу, потому что не знаю, чем могу помочь и как ускорить выздоровление.

– Все будет хорошо, Саш. – Юра притягивает к себе. – С нашими девочками… все… будет… хорошо…

Нашими… Как бы ни сложились отношения между нами, но он - их папа, неожиданно, но тоже переживает за них. И я мечтаю, чтобы у них был такой папа, какой был у меня.

Обнимаю Юру в ответ. Вдыхаю знакомый аромат, так много воспоминаний с ним связано, так много не расходованных чувств оказывается во мне. Я не думаю пока о будущем, просто отдаюсь эмоциям сейчас. В его голосе и словах такая нужная сейчас поддержка и уверенность, что я не одна и что все, действительно, будет хорошо.

– Здравствуйте, – Юра отпускает меня сразу, как только слышим мужской голос, обращенный к нам, ­– я заведующий детской реанимацией, Александр Александрович.

– Здравствуйте, – тихо отвечаю.

– Добрый день, Юрий Александрович Домбровский, – Юра отвечает уверенно и протягивает врачу руку, пожимая ее.