Наш маленький Грааль

Они, ясное дело, тоже молчали. Макс украдкой пялился на хозяйский стол, пытаясь разглядеть марку стоящего на нем компьютера, Ася глазела в окно и прикидывала, хватит ли ее годовой прибыли, чтобы арендовать подобное помещение хотя бы на месяц.

Одна Мария вела себя странно. Будто никакого воспитания нет – уставилась на Гагина во все глаза, и лоб напряженно морщит. Будто что-то вспомнить пытается, да никак не выходит.

Ася не выдержала первой:

– Дмитрий Николаевич! Как вы и просили, мы пришли все трое. И очень хотелось бы знать, зачем вы нас…

Гагин договорить ей не дал, перебил:

– А по-моему, Маша уже догадалась.

Странно, почему вдруг «Маша»? Они разве накоротке?

Ася и Макс удивленно взглянули на сестру. А та растерянно пролепетала:

– Да. Я догадалась…

– О чем? – начала сердиться Ася.

Но Маша уже взяла себя в руки и твердо произнесла:

– Вы дядя Митя. Верно?

– Кто?! – в один голос выкрикнули Ася и Макс.

– Дмитрий Николаевич Шадурин. Папин брат.

– Да ладно! – недоверчиво фыркнул Макс.

– Не ладно, а сто пудов, – отрезала Маша. – Это дядя Митя. Наш дядя.

А роскошный бизнесмен Гагин пробормотал:

– Машенька, милая!

Голос его звучал растроганно.

– Подожди, Маша, – твердо сказала Ася. – Но ведь мама говорила, что дядя Митя умер?

– Даже так?.. – будто про себя переспросил Гагин.

– Я тоже помню. Мама говорила, что он… то есть вы… умерли очень давно, – растерянно подтвердил Макс. – В тот год, когда Аська родилась.

– Боюсь, что это не совсем так. – Дмитрий Николаевич постарался улыбнуться как можно беспечнее. Получилось, хотя крутым и положено держать лицо, не очень."

"– А я никогда не верила, что вы умерли. Однажды даже к маме пристала, – задумчиво произнесла Маша, – когда классе во втором была. Если, говорю, дядя Митя погиб, то где его могила? На каком кладбище? Но мама мне сказала, что на эту тему даже говорить не хочет.

– И я тоже всегда удивлялся… – встрял Макс и объяснил: – Нам в школе однажды задали генеалогическое древо составить, а я даже ни одной вашей фотки не нашел. И никак въехать не мог: почему? Пусть и умер, но вы же все-таки мой дядя…

– Но почему вы никогда не давали о себе знать? – с укором обратилась к Гагину Ася.

– Я ведь вас любила!.. – подхватила Маша. – И скучала по вас…

– Правда?! – искренне, совсем не по-деловому, вскинулся Гагин.

– Я даже помню, как вы со мной в машинки играли. И объясняли про дорожное движение, про «лежачего полицейского» и главную дорогу…

– Я тоже скучал о тебе, Маша… – склонил голову Дмитрий Николаевич.

– Но почему тогда вы исчезли? – воскликнула она.

– Потому что я дал слово, – сказал как отрубил Гагин.

– Кому?

– Вашим родителям. Что не буду с вами общаться. И даже не дам о себе знать. По крайней мере, до тех пор, пока вы, все трое, не станете взрослыми.