Позывной: «Колорад». Наш человек Василий Сталин

Володька Орехов повозмущался даже: раньше-то Героя Советского Союза летчику-истребителю давали за десять сбитых самолетов, теперь – за пятнадцать.

А почему тогда у его ведущего на кителе отсутствует Золотая Звезда?!

– Придерживают! – уверял он товарищей. – Из вредности. Командир-то отказался получать ордена ни за что, вот они и встали в позу… в эту… Ну…

– В позу удивленного тушканчика, – подсказал Григорий.

Эскадрилья захохотала.

– Я бы и от этих звездочек отказался, – Быков щелкнул по погону. – Но…

– Пригодятся в хозяйстве!

– Жополизы дали мне, старлею, сразу майора.

– Уговорил отца выделить здание главкому ВВС…

Быков подумал, как же было сложно Василию Сталину просто жить – слишком много вертелось вокруг подлиз и прочего скользкого народу.

Генерал Жигарев нацепил ему полковничьи погоны, комиссар Мехлис устроил начальником инспекции ВВС…

Все спешат воспользоваться его родством.

– Да почти все генералы такие, что с них взять! – рубанул Баклан.

– Командир, так ты скоро и сам в генералы выйдешь!

– Сейчас, вот, до майора дорасту, а потом уже…

– Заслужу те погоны, которые уже имею.

– Василий, ты за три месяца спустил на землю двадцать с лишком «мессов» и прочих «фоккеров», и люди тебя не за то уважают, что отец у тебя – сам Верховный! Согласись, Миха!

– А что я? Накатай на бумаге, что сказал, и я подпишусь!

– Командир! А что с «По-7»?

– А-а… Забыл вам сказать…

– Вызывали в штаб – дозвонился Поликарпов…

– Вернули ему людей.

– Ну, да. А самолеты запускают в серию.

Летчики расположились на чехлах в тени крыльев своих «лавочек».

Быков устроился под деревом, на деревянной колодке – из тех, что подкладывают под колеса самолетов при запуске.

– Отдыхаем? – послышался начальственный голос.

Это был Бабков, на днях вышедший в подполковники.

– Никак нет! – бойко ответил Котов. – Копим силы!

– Ну, копите, копите… Товарищ полковник, там молодое пополнение прибыло. Троих я определил к вам.

– Гадкие утята! Но если поднатаскать, как следует, то выйдут если не в лебеди, то в селезни точно.

– Только учти, – построжел Бабков, – времени у нас мало.

– Недели две? – прищурился Быков, не помня толком, когда под Прохоровкой сойдутся танковые армии в грандиознейшем сражении.

– Все-то ты знаешь! Недели полторы, от силы.

Вскоре явились «утята» – младшие лейтенанты в новенькой форме и с фанерными чемоданчиками.

Вперед шагнул белобрысый крепыш и бойко доложил:

– Младший лейтенант Никитин, старшина группы! Готовы к выполнению любых боевых задач!

Лица пилотов эскадрильи расцвели улыбками и ухмылками – они узнавали в новеньких самих себя, таких же пылких балбесов, уверенных, что закончить авиашколу – это равнозначно превращению в аса.

– Не готовы, – спокойно парировал Быков.