Замуж второй раз, или Еще посмотрим, кто из нас попал!

Не уходите от ответа!

– Точно нет! – осуждающе посмотрел на меня лорд.

– Вы ответите? – зашипела я на низких частотах.

– Дар разума, если его правильно не развивать, начинает ощутимо проявлять себя сам в среднем ближе к двадцати годам. У вас были слабые зачатки, иначе бы доложили королю. Зимой вас представляли ко двору, и, насколько я понимаю, такого эффекта не было. Но сейчас ваша магия созвучна с магией его величества, которому двадцать семь лет. Как так?

– Потеря памяти, – сказали мы в унисон.

– Кто знает. Это могло спровоцировать, – задумчиво кивнул он.

Я же подумала, что у меня ум тридцатичетырехлетней женщины. И если магия разума развивается с годами, то неудивительно, почему произошел такой скачок в раскрытии дара. А еще меня зацепила одна фраза Дениэля.

– Вы сказали, что о сильном даре докладывают королю. Я правильно понимаю, что он ищет себе невесту с этим даром магии?

– Это сильно не афишируется, но да. Многие аристократы, у кого есть дочери с хотя бы слабыми зачатками, стараются втихаря развить его и не выдавать раньше двадцати замуж.

– Получается, что я могла бы…

Берийский бросил на меня быстрый взгляд, и лицо его замкнулось, как будто он понял, что сболтнул лишнее.

Танец закончился, а я пребывала в шоке, идя за ним как сомнамбула. Если бы я до свадьбы встретилась с королем, то имела все шансы заинтересовать его своим даром. Этот красавец мог быть моим, и никакого Дарстена в моей жизни! А там бы влюбила в себя короля, нас и так ведет друг от друга, рассказала бы ему правду о себе, и уж он-то нашел бы способ перенести мою дочь в этот мир…

– Анника, вы в порядке? – забеспокоился некромант.

– Нет, – совершенно искренне ответила я.

– Я принесу вам воды.

Он усадил меня на софу у стены, но это прошло мимо моего сознания.

Вот так и рушатся мечты. Чужое имя быстро привело меня в чувство. Анника! Ведь существует настоящая хозяйка этого тела, которой в моем мире точно делать нечего. А моей дочери нечего делать здесь! Остается узнать, как защититься от резонанса. Мне что-то не хочется еще раз выпрыгивать из платья и капать слюной на короля. Я не девственница и ему уже не подхожу, а быть любовницей… Оно мне надо? Мне бы домой к ребенку вернуться, а не играть в придворные игры.

Огляделась в поисках алой шевелюры, но некроманта и след простыл. Зато ко мне подсела леди Аделаида Розенбах.

– Дорогая, по вашему лицу вижу, что вы все узнали.

– Что узнала? – переспросила я, стараясь взять себя в руки и собраться.

– Кого сопровождал вчера на приеме при дворе ваш супруг.

– Кого?

– Я думала, вы знаете… – Она вгляделась внимательно в мое лицо. – Он с ней танцевал сегодня первый танец. Хочу сказать, что всей душой возмущена! Но вам нельзя показывать, что вас это задевает.