Нас воспитала война

— Ну ты даешь, Володя! И такие решения тебе часто приходилось принимать? Ранее? В войсках?

— Достаточно для того, чтобы дожить до пенсии. Когда, по-твоему, люди Короля предпримут провокацию против меня?

— Даже предположить не могу. Но никак не ранее чем через сутки.

— Лады! Будем ждать.

— Володь… Я по дороге думал, как поговорить с Татьяной. Насчет того, что… ну ты знаешь. И подумал, что лучше, если при разговоре будешь присутствовать ты. Все-таки…

— Присутствовать? — перебил Бабичева Леший. — Нет, Боб, скорее мне и придется вести его. Знаю тебя. Начнешь «мять сиськи». Ладно, иди к машине, я переоденусь и поедем.

Леший зашел в дом, прошел через сени в сад. Достал сотовый телефон, набрал номер, данный ему некогда капитаном Бондаренко.

— Слушаю, — ответили откуда-то издалека, но сразу.

— Здравствуйте. Извините, могу я услышать брата Геннадия Бондаренко, Виктора?

— Добрый день, это я.

— Очень хорошо. Звонит майор Лешин.

— Наслышан, наслышан и… предупрежден.

— Скажите, Виктор, у вас с Геной поддерживается связь?

— Да, но односторонняя. По вторникам и пятницам, около 18.00, брат звонит мне сам. Сегодня пятница, значит, вечером будет, как выражается Гена, сеанс связи.

— Отлично. Вы могли бы передать ему сообщение от меня?

— Конечно, секунду. Я возьму блокнот и ручку… слушаю вас, Владимир.

— Я перезвоню сам, примерно в 20.00. Нормально?

— Договорились. Я буду дома.

Леший отключил телефон. Экипировка «Р», упомянутая Владимиром, означала оснащение приборами импульсной двусторонней связи. Володя вернулся в дом, переоделся в джинсовый костюм, положил автомат в спортивную сумку, вышел к ожидавшему его Бабичеву. Подойдя к «Волге», бросил поклажу на заднее сиденье.

— Подожди еще минуту, Боб, деда предупрежу, что уезжаю, волноваться будет.

Он прошел к хате Матвея, зашел внутрь. В нос ударил резкий запах перегара. Старик спал на полу, широко раскинув руки, задрав куцую бороденку к потолку. По комнате метался непрерывный храп. А на столе — двухлитровая банка самогона. Почти ополовиненная.

Лешин вышел от Матвея, и вскоре «Волга» петляла по лесной дороге, ведущей в райцентр.

Возле Лепок, но не выезжая из леса, Владимир попросил:

— Боб, останови, мне надо выйти на минуту.

Бабичев посмотрел на друга, ничего не сказав, выполнил просьбу. Леший отошел на несколько метров и достал мобильник. Набрал номер. Ему тут же ответили:

— Олег Юрьевич? Добрый день. Это Володя.

— Здравствуй, дорогой, что же это ты совсем забыл о нас? Не звонишь.

— Извините, Олег Юрьевич, никак время не мог выбрать, понимаю, что подлец, но… извините. Исправлюсь.

— Постарайся уж как-нибудь!

— А теперь главное, Олег Юрьевич.

— Ко мне где-то в конце недели должен приехать друг, капитан Бондаренко. Примите его, Олег Юрьевич.