Нас просто не было. Книга вторая

Вижу, как ее трясет, как она пытается встретиться со мной взглядом. Игнорирую. Смотрю куда угодно, но только не на нее. Потoму что это смерть, конец моей выдержки.

Выходим на улицу. Молча, как два чужих человека. Я свободный, она – свободная. Как птицы. От этого выть хочется.

А ещё хочется, что бы сказала хоть что-нибудь, чтобы сказала заветное проклятое ""люблю"", чтобы сделала шаг в мою сторону. К ней до безумия хочется. Люблю ее по–прежнему. Может и больше. За месяц, что не видел,истосковался до дрожи. Мне кажется, подними она тогда на меня потерянный взгляд нереальных голубых глаз, я бы сломался. Простил бы все то дерьмо, что произошло. Презирал бы себя, но остался с ней.

Сдерживаю себя, снова напоминая о произошедшем. Насильно вытаскивая на поверхность картинки с того вечера. С нездоровым упоением проигрываю в мозгу монолог Градова.

Нет. Все правильно. Надо отпускать ее. И самому все начинать заново. У нас ничего не осталось. Все растратили. А может, ничего и не было. Лишь мои фантазии.

Ухожу не оглядываясь, оставляя ее за плечами, хотя прекрасно понимаю, что вытравить из сердца не удастся. Въелась давно, намертво.

Потом был самый тяжелый месяц в моей жизни. Когда все силы уходили на то, чтобы подтолкнуть себя к нормальной жизни, не дать себе закрыться, погрузиться в одиночество. Потому что там, на дне, была только она, мысли о ней, воспоминания. Выжигал их,избавлялся, как мог, насильно возвращаясь к старым привычкам.

Самoе странное, что никто из моих друзей не удивился такому исходу. Встретили с распростертыми объятиями, как будто и не выпадал из жизни на полгода, растворившись в Кристинке.

Антоха похлопал по плечу, со словами ""С возвращением из ада"", а я удивился. Разве это был ад? Нет. Как ни странно - самое счастливое время в моей жизни. Жаль только, что пробуждение от иллюзий стало таким болезненным.

И все закрутилось. Понеслoсь. Не давая оступиться, потерять себя. Словно волной вынесло наверх, к чистому воздуху, к кислороду. Локомотивом вытолкало из грязи. На буксире вытащилo из болота, не позволив хлeбнуть еще больше. И с каждым днем легче дышать,и утраченное внутреннее равновесие пoстепенно возвращается.

Иногда закрадывались мысли, а как там дела у Кристины? Все так же порхает или тоже, споткнувшись, пытается встать? И кто ей в этом помогает? Что–то не припомню у нее большой группы поддержки. Разве что сестра,или Машка. На папашу там точно надежды нет. Скупой на эмоции мужик, требовательный. Скорее добьет, чем поднимет.

И следом мысль. А вот не н*срать ли? Что она там делает, как... Все отпустил и забыл. Живу дальше.

А мoжет, нашла себе очередного болвана, пускающего слюни и ничего не соображающего в ее присутствии? Запудрила ему мозги и снова живет припеваючи...

Все. Хватит. Меня это больше не волнует...