Нас просто не было. Книга первая

Жду Зорина, но когда раздается звук поворачиваемого в двери ключа, все равно вздрагиваю. На миг прижимаюсь лбом к холодному окну, делаю несколько глубоких вдохов, собирая себя из кусочков, а потом разворачиваюсь к нему со спокойной приветливой улыбкой.

Умирая изнутри, корчась в агонии, подхожу к Артему. Он усталый, но довольный, глаза светятся, когда он смотрит на меня, и от этого становится еще хуже, еще противнее.

Снова всплыл образ белого ягуара на темной обочине, и что там происходило. Я тону, захлебываюсь отчаянием, сердце рвется к нему, умоляет простить, но на лице не отражается ни одной эмоции. Все так же нежно улыбаюсь. Как паучиха, уже отравившая свою жертву и теперь наблюдающая результат своих действий.

Я готова прямо здесь в прихожей опуститься перед ним на колени и умолять о прощении, но в место этого забираю у него куртку и интересуюсь, как прошел день.

С*ка. Холодная, фальшивая с*ка.

Переговариваемся, как ни в чем не бывало. Он идет в гардеробную, переодевается, а я стою в дверях, прислонившись плечом к косяку, не зная, как унять бешеный стук сердца.

Прости меня, пожалуйста!

Крик оглушает меня изнутри, но вслух опять тишина. Я только могу стоять и наблюдать за мужчиной, которого люблю больше жизни, но которого предала. Я ловлю каждое его движение, каждый жест, стараясь запечатлеть их в памяти, потому что в один прекрасный момент могу потерять его. Я без него не смогу! Он мое сердце, моя судьба, мой единственный, родной, любимый.

На миг позволяю себе прикрыть глаза, чтобы он не увидел скопившихся слез.

Прости меня…

Я сделаю тебе больно. Я растопчу тебя, разорву, выпотрошу, стоит только рассказать правду. Но я должна, потому что отец прав. Такое д*рьмо ты должен узнать от меня, от первоисточника, а никак не от посторонних людей. Потому что узнай ты все от чужих — и будет еще хуже, еще больнее.

С горечью понимаю, что в основании каждой пары, каждой семьи должен лежать фундамент из взаимного уважения, доверия, любви, верности. Только тогда можно построить крепкие отношения, и быть долгие годы счастливыми друг с другом.

Но это не наш вариант. У наших отношений нет фундамента, под ними нет даже прочной холодной земли, только жидкое, зловонное болото, постепенно засасывающее нас, грозящее поглотить полностью. И это болото сотворила я, и никто другой. Артем строил, создавал, а я по своей тупости разрушала. Он ставил камень, я убирала два. Он возводил стену, я ломала другую. Он хотел сделать меня счастливой, а я ему втыкала нож в спину, проворачивая и равнодушно глядя на истекающие кровью раны.

Надо ему все сказать, прямо сейчас, но я молчу, упиваясь секундами ложного, зыбкого счастья, иллюзией того, что все у нас хорошо.

Надо сказать.

Вот только сил наберусь.

Сейчас. Еще минута.