Ворон. Осколки нас

 — Оставь меня в покое, Кирилл!

А у Лизки алгебра от зубов отскакивала. Она устраивала меня по всем пунктам…

Его откровения каленным железом жгли то, что осталось от моего сердца.

— Я хочу домой… — хотя, положа руку на сердце, маленькую комнатку в съемной квартире с натяжкой можно было назвать домом.

— Помилуй всевышний! — Воронов показушно взмолился. — За какие такие грехи ты мне ее послал?

Придурок!

— Ты так спокойно рассказываешь о ваших интимных секретиках! Думаешь, мне приятно это слушать???

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Интимные секретики… — его грудь начала сотрясаться от беззвучного смеха. — А то, что я даже спустя столько лет сравнивал всех с тобой — это ты оставила без внимания?

Я опустила глаза. Тело прошибала мелкая дрожь, которую я не могла контролировать. Сердце кровоточило, пока черная ревность затапливала внутренности. Не получалось собрать то, что разбито… Никак не выходило.

Наша первая любовь — осколки.

— Иди сюда! — не позволяя опомниться, подхватил меня под бедра, заваливаясь вместе со мной на диван.

Кирилл усадил меня к себе на колени, заковывая в тиски сильных рук. Несмотря на душащую обиду, его объятия действовали на меня успокаивающе. Не хотелось их разрывать…

— Думаю, всему виной незакрытый гештальт! Это мешает тебе жить. Тревожит… — выдала скорее на зло.

— Ну да, всему виной херов гештальт! — непечатно выругался. — Закрой гештальт — спи спокойно!

Мои губы непроизвольно растянулись в улыбке.

— Я тоже всех сравнивала с тобой… — призналась, сама не знаю, зачем.

— Гештальт не закрыла, что ли? — вполне миролюбиво поинтересовался собеседник.

Пустила в него испепеляющий взгляд.

— И много было этих всех? — добавил таким голосом, будто речь шла о списке смертников.

Вот вообще после сегодняшних откровений не хотелось озвучивать ему реальное положение вещей. Пусть пока побудет в неведении…

— Почему ты пригласил меня на свидание? Вроде же еще пару дней назад клеймил последними словами? — встретилась с ним глазами, прижимая ладони к щекам.

— За эти несколько дней я испытал больше эмоций, чем за последние пять лет. Ну, окей. Года четыре… После того, как ты меня бросила, тоже, знаешь ли, знатно крыло. Только со знаком минус. А мы ведь знаем, что дает минус на минус?

— Воронов…

— Ну, ладно. — усмехнулся. — Когда я понял, что нужен тебе… Нужен, несмотря ни что… Увидел твои слезы, переходящие в истерику… Мои чувства обострились. Оставил далеко позади обиды и боль. — Кирилл поцеловал меня в макушку, обняв так крепко, будто собирается задушить.