Небо без нас

Хорошо сел грузный, рядом забор. Сейчас полечу, отвяжусь от него и перемахну через преграду, дам стрекача. Вспомнилось, как когда-то, пьяному в стельку солдатику попытались помочь добрые люди. Стоит солдатик, лбом в забор уперся, а часики тикают, приближается время построения. Взяли, слегка подкинули. Солдатик забор перелетел и прямо под ноги патрулю – шмяк!

Унылый не отвечал на вопрос. Стесняется что ли?

– Покажешь? – Мне стало интересно. Сам талантом переносить жизнь на бумагу я не обладал. Всегда люди, которые могли совершить такое чудо, вызывали уважение. Игра теней, эмоции, контуры. Нет, это запредельное мастерство. Притом, рисунки несут эмоциональный отпечаток. Могут радовать, могут вселять надежду, а могут и вызывать отвращение.

Вспомнил, посещал выставку испанского художника – Гойи. Пороки человечества он запер в полотнах. Вспоминать неприятно. Его бы в Зону, да писать картины разорванной туши.

– Нет, – агрессивно выкрикнул Унылый.

– Нет, так нет, чего нервничаешь?

– Это личное, – произнес он, – ты не поймешь.

– Я вроде не дурак. – Раскрыл сумку и начал искать перекись водорода, бинт и антибиотики.

– Я не это имел в виду. Просто не поймешь. – начал оправдываться Унылый и добавил: – О, к нам собрались пацаны.

– Черт.

– Да чего ты? Нормальные пацаны. Больно!

– Не дергайся. Сейчас, мазь на бинт положу и прижму пластырем. Старайся не сдирать, – объяснил свои действия. Затылком ощущал, как на нас смотрят.

– Ботва, как харчи? Понравился кабан?

– Ага, вкусный, – ответил Унылый, – блин, пацаны, я вас не отличаю, кто Правша, а кто Левша. Вы бы хоть носили разную одежду.

Вокруг засмеялись.

– Так это специально, еще со школы, прикид у нас одинаковый. Слышь, Унылый, классное у тебя ружье.

Я побросал все в сумку и обернулся. Да, бандиты размножаются почкованием. Теперь, кроме близнецов, присоединилась еще парочка.

– Неплохое, да. Я из него собак валил, как из пулемета. И кабана убил, – гордо сказал грузный парень.

– Врешь!

Насколько я разбирался, сказал Левша.

– Кузьма, подтверди, – потребовал Унылый.

– Да ну его, он же баклан, – сказал Левша, и все заржали. – Ладно, Унылый ты свой пацан в доску и я уверен, не пожлобишься ружье поменять.

– Зачем менять? – удивился Унылый.

– Да незачем, на мой ПМ. Понимаешь, не солидно мне с пестиком лазить. Тебе, как раз он подойдет.

Я мысленно выругался. Теперь захотели еще и оружие отжать. Черти. Левша уже вертел ружье, переломил, выкинул патроны на землю. Зачем-то уставил ствол на небо и смотрел. «Нарезы» ищет? Так оно охотничье, гладкоствольное.

– Ладно, Унылый, по-пацански выручил. Пистолет я тебе вечерком подброшу, – сказал Левша и отдал ружье сзади стоящему бандиту.

– Не ладно, – угрюмо произнес Унылый, – мое ружье. Верни.