Нас не разлучить

И Памела чувствовала себя неловко из-за того, что поставила его в такое положение. Она просто передала ему свое собственное беспокойство, и это было нечестно.

— Я думал, ты будешь сидеть дома и разбираться с букетами, прическами или еще чем-то, что для вас, девушек, важно перед такими особыми событиями.

— Я… я этим и занималась. — Черт побери, возьми себя в руки! — приказала она себе мысленно. Ты ведь всем даешь понять, что что-то не так. — Но… но я встретила старого друга. Он остановился в «Редженси», и мы случайно столкнулись там.

Она чувствовала, что на горизонте собирается гроза, и отчаянно пыталась предотвратить ее. Но язык по-прежнему не хотел слушаться.

— Привет. Мне показалось, что Памела выглядела уставшей и измотавшейся. Понятное дело, приготовления к свадьбе… — вставил Даниэл, перехватив инициативу. — Вот я и решил пригласить ее на ужин. Ей нужно немного расслабиться и отдохнуть от забот.

— Прекрасная идея, — бодро сказал Эрик и с искренним интересом поглядел на мужчину, стоящего рядом с Памелой. — Значит, ты старый друг Памелы. И как же тебя зовут?

— Даниэл. Даниэл Грант.

Даниэл протянул руку, Эрик крепко пожал ее.

— Даниэл Грант? — переспросил Эрик и вдруг разволновался.

— Так точно.

Так было всегда, когда люди впервые встречались с Даниэлом. Даже если они не были болельщиками, они довольно часто видели его лицо в газетах или по телевизору. Памеле эта ситуация была очень хорошо знакома. Стоило им показаться где-либо вместе, как всегда находились люди, которые тыкали в Даниэла пальцем, таращились на него или просили автограф.

Большинство из них были женщинами. Они толпились вокруг Даниэла, щебеча, чирикая и кокетничая, как стайка пестрых экзотических птиц, пытаясь привлечь к себе его внимание.

И Даниэл, конечно же, поощрял это. Он упивался каждым моментом этой игры, потому что с этими женщинами все было просто и ясно. Он знал, чего они от него хотят, и они никогда не требовали большего. Никаких привязанностей, обязанностей, ответственности…

Только порой, по своей глупости, они беременели и тогда начинали угрожать, пытаясь привязать его или заставить жениться на себе.

Но не только женщины вели себя как одержимые при его появлении. Мужчины тоже попадали под влияние его сияющей ауры успеха. Они восхищались его физической силой и атлетическим телосложением, но больше всего их привлекало непоколебимое чувство уверенности в себе, которое Даниэл носил как удобную повседневную одежду.

Итак, Памела не удивилась, когда Эрик дрожащим от восхищения голосом сказал:

— Значит, ты тот самый Даниэл Грант, который был лучшим теннисистом Англии?

Даниэл в ответ только едва заметно кивнул. Но Эрику даже этого не нужно было. Он уже завелся на свою любимую тему — о деньгах, акциях и вкладах.