Нас не догонишь…

 – и, чтобы унять возможные кривотолки, откуда пошла ещё одна ветвь Императорской крови, добавил – Мать моей дочери!

Ого! А вот и полностью официальное подтверждение родства, сделанное в тронном зале. Если бы в дочери не присутствовало примесей крови рода Императоров, то сейчас бы на месте вновь явленной герцогини, валялась бы груда развороченного мяса, а где-то в одном городе, в комнате завтра бы нашли вывороченное, окровавленное тело молодой, красивой девушки. Проклятие чистоты рода!

Теперь у Даны начнётся другая жизнь. Жизнь полноценной дочери действующего Императора, жизнь коронованной принцессы.

Вот так расклад! Маркиз с удивлением посмотрел на повелителя. Что-то не чисто. Признав дочь в тронном комплексе, он самолично определяет ещё одну возможную кандидатуру на трон. Опасно, очень опасно! И если и раньше к Дане, молодой баронессе, относились с почтением все её знакомые, то теперь…

Но зачем это сделал Император, ведь можно же было всё оставить и на том уровне, что и было раньше, который, между прочим, всех устраивал?

– Как сюзерен, принимаю присягу вассала и в ответ клянусь защищать и поддерживать его своей властью, силой оружия и мудростью магии. Все претензии к вассалу с этого момента рассматриваю только я. Карать и наказывать вассала считаю своим личным правом. Никто не вправе судить вассала за его деяния, кроме меня! Я сказала!

Волна радостных возгласов прокатилась по обступившей молодую герцогиню толпе. Все собравшиеся радостно кричали приветствия и здравницы в честь вновь провозглашённой герцогини, все спешили поздравить новую зарождающуюся силу в Империи, спешили оказать своё внимание и почтение новой ветви Императорской семьи, все, да не все…

– Я рад, что наконец-то нашелся равный, чтобы утолить жажду моего негодования! – магически усиленный голос пронёсся по всему залу. Разговоры мгновенно стихли, с Верховным магом Империи никто шутить не собирался.

– И в чём же заключается причина вашего негодования, дорогой брат? – Император слишком напряжён, хоть и пытается скрыть волнение, поднеся ко рту фужер из горного хрусталя, впечатляющих размеров и красоты, наполненный красным искристым вином.

– А вы так и не поняли, Ваше Величество? – Верховный, почти смеясь, развернулся всем корпусом в сторону Императорской четы. – Я требую удовлетворения! Меня оскорбили, как и память о моём сыне. Озвучивать на всю Империю домыслы убитой горем женщины ещё не повод для обвинения в преступлениях представителей Императорской семьи, не имея доказанных материалов и не проведённого должным способом расследования. Все слова в мой адрес считаю, клеветой и требую сатисфакции. Я вызываю на дуэль герцогиню Борондэ, как полноправного господина этой леди.