Нас будет трое

Но вскоре Валера понял, почему Давид чувствовал себя так…"

"– Я вызываю Злату Каменскую, – объявил его адвокат и Валера резко обернулся ко входу…

Она шла, глядя прямо перед собой. Гордо, с достоинством ступала, словно ее ждал сейчас не допрос, а собственная коронация, и казалась ему в этот момент еще прекраснее, еще недосягаемее, чем прежде… Даже не взглянув в его сторону ни разу, она оперативно заняла свидетельское место…

Сердце его молотом громыхало в груди, билось так, словно хотело выпрыгнуть наружу. И черно-белый мир вновь стал цветным. От одного ее присутствия здесь. От одного на нее взгляда…

Она одна умела осветить собой даже самый пасмурный день. Она одна давала ему силы тогда, когда, казалось, их уже просто неоткуда было взять…

И она пришла сюда, чтобы в очередной раз его спасти…

А это все-таки что-то да значило.

Глава 39

Я прошла к свидетельскому месту, держась уверенно и спокойно. По сторонам не смотрела, не искала в зале знакомых лиц. Не намерена была допускать никакого воздействия на меня – даже простыми взглядами.

Твердо знала, что делаю здесь и чего хочу добиться. Когда адвокат мужа почти моляще просил приехать и дать показания – почти не сомневалась. Потому что если и успела за прошедшее время что-то понять, так это то, что, как бы ни поступил со мной мой муж, а Мише с ним будет лучше.

Я листала в своей голове все наши общие прожитые годы, я под микроскопом рассматривала воспоминания о совместной жизни… И пришла к одному, очень простому выводу: человек, за которого я вышла, не был никогда ни подлым, ни злым. Он не бросил бы своего ребенка на растерзание злой бабке, как это сделала Даша. И он заслуживал моей помощи…

Но пока – только этого. Я не знала, смогу ли простить ему все, что случилось. Не понимала, перевешивает ли все хорошее, что у нас было, все дурное, что приключилось за последнее время. Не знала, смогу ли жить с ним как прежде… без этого горького осадка, без сомнений, без чувства брезгливости к тому факту, что он касался другой женщины – самым интимным образом…

Но все это было совсем неважно сейчас. Миша – вот что самое главное во всей этой истории. Мальчик, который заслужил быть счастливым. Любимым…

– Злата, расскажите, когда и как вы впервые увидели Мишу, – донесся до меня голос адвоката.

Я сосредоточила на нем взгляд. Ответила четко и ясно:

– В конце января. В день рождения своего мужа. Он привел его к нам домой.

– Как выглядел мальчик?

– Напуганным. На следующий день я обнаружила, что его одежда далеко не новая, со следами многочисленных заплат.

– Как он вел себя с вами?

– Полагаю, боялся. Поначалу ел только руками и сидя на полу.

– Что-то еще показалось вам в его поведении странным?

– Он был приучен к уборке по дому. Сам умел застилать постель.