Нарисуй меня

Не то чтобы он должен мне отчитываться о своих планах, просто утром ничего не говорил о том, что у него встречи вне офиса. Обычно говорит…

— Привет, он здесь где-то, — раздается за спиной знакомый голос. — Скоро будет, не переживай.

— Привет, День.

Дугин кивает.

— Хочешь в его кабинете подождать? Мне нужно кое-какие бумаги посмотреть.

— Конечно.

Нас беспрепятственно пропускают, еще и спрашивают, не приготовить ли кофе.

— Нет, спасибо.

— Обедать пойдете? — спрашивает Дугин, когда закрывает за собой дверь.

— Ага. — Забираюсь в кресло и осматриваюсь. Все, как всегда, на своих местах. Идеальный порядок.

— И как тебе с ним живется, а, Марин? — Денис, кажется, не в духе. — Нет чтобы… ладно…

— Что ладно? — С любопытством смотрю на злого Дугина. — Мне прекрасно живется. А как тебе с ним работается? Ладно, не рассказывай, я знаю.

— Что ты знаешь? — День чуть напрягся, а потом широко улыбнулся. — Выкладывай давай. Порадуй, а то день совсем чудовищный.

Дугин и правда не очень хорошо выглядит, замотанный.

— Возьми отпуск, отдохни, — неожиданно для самой себя предлагаю я. — Нет, правда, так и до истощения можно дойти.

Дугин по-хозяйски присел на краешек стола Максима и вытянул длинные ноги. Руки скрестил на груди.

Он улыбался. Грустно улыбался.

— Я не могу оставить Генварского одного. Даже не думай.

— Вот прямо не можешь? — недоверчиво протянула я и тут же прикусила язык. Чуть не сболтнула лишнего. Хожу пьяной от счастья, как к Генварскому переехала, надо все-таки себя контролировать.

Поздно. Он все понял.

— У нас были с Максом разногласия, Марин. Серьезные разногласия. Ты о них явно знаешь. Да ладно, вижу же, что знаешь. Чего тебе Генварский говорил? Что я не хотел, чтобы он стал гендиром после смерти Навроцкого? Это правда, я даже бунт поднял.

— И что изменилось? — Смысла врать не было, а узнать очень хотелось.

— Все изменилось, — просто ответил Денис, и я ему сразу поверила. Настолько искренне прозвучали его слова. — Макс возродил бизнес, мы на ладан дышали последние годы, я бился как мог, но… — Тут он развел руками. — Но я не Макс.

— Да, он говорил, что золотые дни вашей компании остались где-то в девяностых, когда она ему досталась в наследство.

— Все верно. Я был идиотом, Марин, напыщенным индюком. — Денис криво усмехнулся, что-то припоминая. — Мы все были, старая команда, я имею в виду, никто не ожидал, что Генварский сумеет вытащить нас из дерьма. А он не просто смог, таких контрактов даже в лучшие времена не было. Всего за пару лет у нас оборот в несколько раз вырос, Грин бы никогда на нас глаз не положил, будь мы пустышкой.

— Я слышала, ты хотел быть на месте Максима.

— И счастлив, что это не так. Я бы не смог сделать то, что смог он. И ведь не выгнал меня, хотя должен был.