Нарисованные шрамы

Ты хоть представляешь, что со мной было, когда я всю ночь сидела у окна, пока ты уезжал по делам? Я представляла тебя где-нибудь в канаве и ждала, что тебя привезут либо застреленным, либо мертвым! Но самое главное, я не могу жить с мыслью, что однажды ты решишь выпотрошить кого-то другого только потому, что он как-то странно на меня посмотрел, или что-то еще. Я не могу! Это разрывает меня на части. То, что ты сделал с Брайаном, пожирает меня. Это чувство вины, понимание, что кто-то умер из-за меня. Я не могу есть. Я не могу спать. Я продолжаю видеть его тело в крови, его пальцы на полу. Боже, Роман... Я помню кровь на твоих руках.

В конце я так сильно рыдаю, что не уверена, понял ли он хотя бы половину из того, что я сказала.

— Ты понимаешь, Роман?

На другом конце линии тишина, и я начинаю думать, не прервал ли он связь, когда наконец слышу его голос.

— Да. Понимаю, — говорит он, и связь обрывается.

Через день приходит еще один конверт. Я открываю его и просматриваю бумаги. Он расписался. Я смотрю на его подпись, и мне становится так чертовски больно, что сначала я даже не замечаю записку, написанную вверху страницы.

«Если я тебе когда-нибудь понадоблюсь, ты знаешь мой номер. Если не хочешь иметь со мной ничего общего, позвони Максиму или Дмитрию. Я проинструктировал их, что в случае твоего звонка они должны выполнить твою просьбу и не сообщать ее мне. Пожалуйста, время от времени звони Варе. Она по тебе скучает. Береги себя, malysh.»

Я прижимаю записку к груди, сердце разбивается на миллион маленьких осколков.

Глава 19

Две недели спустя

Я откидываюсь назад и смотрю на Максима, когда он подходит к моему столу.

— Я слушаю, — говорю я.

— Следующий груз должен прибыть завтра вечером.

— Сколько ящиков?

— Одиннадцать. Это лучшее, что мы могли сделать в кратчайшие сроки.

— Убедись, чтобы все были вооружены. Я не хочу казусов в субботу. Итальянцы ничего не подозревают?

— Нет.

— Хорошо. Проследи за частой сменой бойцов в течение следующих нескольких дней. Каков план штурма?

— Две команды. По шесть солдат в каждой. Дмитрий и Антон пойдут с первой командой. Михаил и Юрий со второй.

— Михаила не трогать. — Я качаю головой. — Не хочу рисковать, чтобы его подстрелили, он нужен Лене. Пошли вместо него Сергея.

— Не думаю, что это хорошая идея. В последнее время поведение Сергея стало еще более неустойчивым. Он не будет выполнять приказы Юрия.

— Конечно, не будет. — Я ругаюсь и бросаю документ, который читал. — Я пойду с Сергеем. Юрий все равно ни черта не умеет стрелять.

Максим смотрит на меня так, как будто я сошел с ума. Может, и правда.

— Только через мой труп, Роман.

— Это не обсуждается. Я единственный, кто может проследить, чтобы Сергей вел себя хорошо.

Он смотрит на меня жёстким взглядом, снимает очки и сердито направляет их на меня.