Нарисованные шрамы

— Я быстро целую его в щеку и поворачиваюсь, чтобы уйти обратно в свою комнату.

Когда я вошел в свой номер, свет был выключен. Я увлекся работой и почти забыл об ужине. Душку и Тануш приедут через час, и я ожидал застать Нину за приготовлениями, но, похоже, здесь никого нет.

Я включаю свет и только тогда замечаю, что она лежит на диване, свернувшись калачиком под одеялом. Собака спит рядом с ее ногами. Я подкатываюсь к дивану и протягиваю руку, чтобы коснуться ее лица. Она шевелится и медленно открывает глаза.

— Пора на ужин? — пробормотала она и поднялась, чтобы сесть. — Мне нужно принять душ и подготовиться.

— Ты никуда не пойдешь. Ты вся горишь. — Я беру телефон и звоню Варе, поручая ей принести градусник и тайленол. — Ложись. Я принесу тебе воды.

Я иду на кухню и приношу из холодильника стакан и бутылку воды. Нина снова ложится на диван, ее тело свернулось под одеялом и выглядит таким маленьким.

— У меня такое чувство, будто кто-то разжевал меня и выплюнул, — бормочет она. — Прости, детка, но я не думаю, что смогу пойти на ужин."

"Что-то кольнуло меня в груди, когда я услышал это ласкательное слово. Это первый раз, когда она сказала такое, не играя роль для окружающих нас людей. Она, наверное, даже не заметила, но это все равно это важно.

За мной открывается дверь, и входит Варя с бутылочкой тайленола. Она садится на диван и измеряет Нине температуру.

— Иди, готовься. — Она машет рукой. — Гости придут меньше, чем через час. Я останусь с ней.

* * *

Тануш и Душку прибывают вовремя. Я провожаю их в столовую и приглашаю занять четыре места по левую сторону от меня. Тануш занимает ближайший ко мне стул, а его молодая жена, которая, вероятно, ровесница его дочери, тихо садится рядом с ним. Мне жаль бедную девушку. Даже под всей ее косметикой и тоннами украшений я чувствую, как она напугана. Жена Душку — совсем другая порода. Она выше и крупнее своего мужа и, по слухам, ведет все его финансовые дела.

Максим и Дмитрий стоят справа от меня, оставляя стул сбоку пустым. Они знают, что оно предназначено для Нины, и, хотя она не присоединится к нам, никто не осмеливается занять ее место. У моего дяди-идиота, который прибыл последним, похоже, не осталось ни капли здравого смысла, потому что он направляется прямо к месту Нины. К счастью для него, он поднимает голову как раз перед тем, как дотянуться до стула. Увидев выражение моего лица, он быстро отступает назад и занимает место рядом с Дмитрием.

Я киваю Валентине и Ольге, которые подходят к столу и начинают разливать напитки. Мы часто устраивали такие ужины, так что они знают, что к чему.

—Петров, а где твоя молодая жена? — спрашивает Тануш, потягивая свой второй виски.

— Моя жена тебя не касается.

— Очень жаль. Я так хотел с ней познакомиться.