Нарцисс в цепях

Химера ждал возле двери в черном капюшоне, с открытыми прорезями для глаз, и тщательно завязанный галстук в сочетании с белой рубашкой странно выглядели при кожаном капюшоне. Руки он держал за спиной и прислонился к стене. Он пытался придать себе небрежный и уверенный вид, но нервничал, и это можно было заметить, даже не имея способностей ликантропа.

Джина смогла подняться по лестнице лишь с помощью двух гиен. Могли ей помочь мы с Зиком, но он притворялся, что конвоирует меня, а у Джины под шалью была записка, которую следовало передать гиенам. Записка была от Бахуса, и он просил в ней впустить его через потайной вход. Очевидно, Химера не спрашивал, нет ли в клубе потайного входа, поэтому никто ему не сказал.

Глаза Химеры обратились к ней.

— Джина... — Он покачал головой. — Уведите ее, ей нужен врач.

Гиены не стали спорить — просто повернулись и пошли по коридору обратно. Бывший с ними змей остался стоять, не сводя подведенных черно-зеленых глаз с лица Химеры. Я бы сказала, что он стоял по стойке смирно как хороший солдат, но не только. Было на его лице что-то большее, будто так стоять, ожидая приказов Химеры — самое чудесное занятие на свете. Выражение терпеливого обожания само по себе было жутким, и я поняла, почему Бахус сказал, что змеи должны умереть. Не за то, что они делали с гиенами, не из мести, но потому что те, кто почитают своего царя как бога, в дворцовых переворотах не участвуют.

— Я не был уверен, что вы приедете, миз Блейк.

Голос был знаком, но я не могла вспомнить откуда.

— Вы мне как-то не оставили выбора.

— Мне жаль, что так получилось.

— Настолько жаль, что вы готовы отдать мне моих леопардов и отпустить домой?

Он почти улыбнулся, но покачал головой:

— Мика не ваш леопард, а мой, миз Блейк.

И снова голос прозвучал знакомо, но опять я не смогла вспомнить. Я пожала плечами:

— Вы меня сюда призвали под условием, что и Черри, и Мика будут отпущены невредимыми. Звучит так, будто они оба мои.

Он снова покачал головой:

— Отдав Мику, я бы отдал всех своих леопардов, а такого желания у меня нет.

— Значит, вы солгали, чтобы заставить меня приехать.

— Нет, миз Блейк. — Он вытащил руки из-за спины. Руки были в черных кожаных перчатках. — Соедините с нами свой пард, усильте нас.

Я покачала головой:

— Я приехала освободить своих людей, а не вступить в ваш клуб.

Он поглядел на Зика:

— Ты объяснил ей, чего я хочу?

Зик рядом со мной переступил с ноги на ногу.

— Вы мне сказали, что, если она приедет без оружия, вы освободите Мику и другого леопарда. Больше ничего вы мне не говорили.

Химера нахмурил брови — это было видно даже сквозь капюшон. Почесал лицо под капюшоном, будто там что-то его беспокоило.

— Я помню, как говорил тебе, что она должна присоединиться к нам.