Напролом

Витальке Груздеву хреново было только после того, как он своего первого чечена положил точным выстрелом в лоб, а потом пошло как по маслу — и всегда только в лоб, чтоб наверняка…

Стало смеркаться, и Груздь замандражировал: если пропустить момент, совсем стемнеет, а генерал, судя по наблюдениям Жгута, не любил свет зажигать, а в темноте его хрен достанешь — Парфеныч запретил пользоваться лазерным прицелом. Водила автопогрузчика — Груздь даже имени его не знал — снова попер от складов к баркасу. На этом баркасе Груздю после предстояло смываться с места. И вдруг он заметил, что генерал открыл окно и высунулся, уставившись прямо на деревянный короб. Но явно не видел, что в коробе сидит человек.

Груздь навел крестик оптического прицела на генеральский лоб и, по привычке прошептав «с Богом!», плавно нажал на спусковой крючок, отпустил и снова нажал. Он заранее заткнул уши ватными тампонами, а на башку натянул шерстяную лыжную шапочку, так что оба гулких выстрела, сотрясших его деревянное убежище, не оглушили его. Стреляя, он не отрывал правого глаза от окуляра и видел, как на лбу у генерала взорвались два красных фонтанчика. Не мешкая ни секунды, Груздь ткнул плечом заднюю стенку короба, которая распахнулась точно дверь, выскочил наружу, жадно втянул прохладный влажный воздух и рванул к баркасу, где у штурвала маячил рулевой в расстегнутом бушлате. Водила автопогрузчика тут же устремился за ним. Груздь заскочил на корму, удостоверился, что водила, забросив швартов на борт, запрыгнул следом, и прошипел рулевому: «Самый полный!»

Часть I Глава 1

Варяг выудил из внутреннего кармана пиджака серебристую коробочку мобильного телефона, открыл крышку и вставил сим-карту. Этот телефон он с самой Москвы держал отключенным на тот случай, чтобы ушастые менты по радиосигналу не вычислили его на маршруте между двумя столицами. Не успела чуткая антенна настроиться на доступную петербургскую сеть, как телефон издал мелодичную трель. Он взглянул на дисплей и нажал кнопку приема вызова:

— Алло! Я, Александр Иванович! Здравствуйте. Да, мы на месте! В Петербурге. Прорвались… — Варяг выразительно поглядел на сидящего напротив Сержанта. Тот неторопливо жевал бутерброд с ломтиком лососины, покрытой тонкой жировой пленочкой. — Да, слушаю внимательно. Не надо, я так запомню… Где? В Мурманске? — Лицо Варяга напряглось, брови сошлись к переносице. — Понятно. Михаил Таганцев? Нет, не слыхал о таком. Да, у меня есть каналы воздействия. Хорошо… Я завтра буду в Москве, давайте встретимся и поподробнее все обговорим!

Варяг отключился и коротко пояснил Сержанту:

— Это Виноградов. У кремлевских ко мне дело возникло в связи с обострением обстановки в Мурманске. Что-то там стряслось.