Наперекор всему (СИ)

В кулисах толкалось полно народу – какие-то помощники режиссера с рациями, дающие указания то осветителям, то звуковикам, гримеры, телевизионщики, снимающие сцену с разных ракурсов, фотографы. Потом Никиту чуть не снесла толпа детей, тот самый балет, который объявил Ромка. Они и Глеба чуть не снесли, возвращавшегося в кулисы поправить грим и сгрузить цветы. Ник протиснулся к нему со стаканом.

Предложил и отшатнулся. На него мельком, как на постороннего, глянул совершенно чужой человек с пустыми, как будто стеклянными глазами. Стакана Глеб и не заметил. Дал гримерам подправить макияж и вернулся на сцену. Никита проводил его растерянным взглядом, поставил стакан на колонку и привалился к ней же. К такому Глебу нужно было еще привыкнуть. Или не нужно? Как-то не испытывал он желания еще ходить на концерты любимого.

А любимый тем временем распинался перед залом, рассказывая, как нежно любит супругу и благодарен ей за прожитые вместе счастливые годы. Никита видел из кулис Ирму, сидящую на первом ряду с каменным выражением лица. Таше стоило огромных усилий уговорить ее прийти, но на большее, чем изобразить Снежную Королеву Ирмы не хватило. Она даже платье надела какое-то ледяное, серо-стального цвета. И сейчас с кривой, вымученной улыбкой слушала дифирамбы мужа. А Глеба несло, комплиментами со сцены он не ограничился, оркестр заиграл «Ты – моя любовь», и Немов, подхватив какой-то очередной букет, лежавший на рояле, пошел в зал к супруге, не переставая петь. Подошел, вручил букет, потянулся поцеловать руку. Ирма сделала вид, что не поняла его намерения, намертво вцепившись в подаренные цветы. Мда, как все плохо-то. Никита с горечью отметил, что Ирма не просто оскорблена или обижена. Она брезгует Глебом на физическом уровне. Глеб тем временем взял высокую ноту и опустился перед женой на колено. Зал восторженно зааплодировал. Никите дико захотелось покурить. А лучше бы и напиться. Вся эта показуха основательно выводила его из себя. Ну да, он артист, играет роль, в которой его хотят видеть зрители. Но нельзя же настолько лицемерить. Ну всем же противно, и Ирме, и сидящей рядом Таше, и Нику. И самому Глебу.

Поднялся, вернулся на сцену. Начались поздравления гостей. Артисты сновали туда-сюда мимо Никиты, не обращая на него внимания, выстраивались в очередь, галдели. Что удивительно, в их разговорах между собой Глеб практически не упоминался. Алексеев обсуждал с Клеопатрой, как вчера нажрался на корпоративе и танцевал голым на столе. Барсов явно пытался снять девочку-помощницу режиссера. Даже Звягина не прониклась торжественностью момента – она постоянно висела на телефоне, выговаривая кому-то из своих мальчишек. Никита мрачно смотрел на все это и думал, что «дорогим коллегам» абсолютно плевать на юбилей Глеба.