Напарник

– Тогда в чем проблема?

– Видите ли, – вступил в разговор Отто, – мы бы хотели надавить на Гольца с тем, чтобы он рассказал нам о втором взрыве…

Неуверенность, сквозившая в голосе чиновника, лучше прочего указывала на то, что он сам не больно-то верит в свою затею.

– И вы думаете, что он все вам выложит? – удивился Роман.

Неужели эти умники еще не поняли, с кем они имеют дело?

Роман вздохнул. Тяжеленько ему придется.

– Ну, если бы вы поговорили с ним в соответствующем тоне, – вступил второй чиновник.

– И не подумаю, – заявил Роман. – Тем более что это совершенно бесполезно.

– Мы так и полагали, – кивнул Кирш. – Ладно, хватит тратить время. Пойдемте к задержанному.

Они снова, в третий раз за день, спустились в подвал, где Роман стал свидетелем уморительной сцены."

"Кирш, надеясь с ходу сломить сопротивление Крохина, принялся сыпать угрозами самого сурового свойства. По его словам выходило, что если задержанный немедленно не признается, кто организовал взрыв на Центральном вокзале и где произойдет следующий взрыв, то сидеть ему за решеткой до конца своих дней, не надеясь ни на какие амнистии. Ибо известно, как суров закон к тем, кто является пособником террористов и, паче чаяния, сам организовывает теракты. А поскольку господина Гольца со всеми основаниями можно отнести к организаторам теракта, то о снисхождении не может быть и речи. Он так и умрет в одиночной камере, поскольку пожизненное заключение ему обеспечено…

Тут Крохин качнулся, закатил глаза и повалился на пол. Ноги его задергались, изо рта пошла пена.

Речь Кирша сменилась растерянными восклицаниями и криками позвать врача. Один из чиновников кинулся за врачом, второй пытался помочь Крохину. Судя по всему, они вообразили, будто у того эпилептический припадок, и пытались оказать ему первую помощь. Кирш для чего-то вцепился Крохину в ноги, Отто разжимал ему рот, пачкая руки пеной.

– Вы меня задушите, – послышался недовольный голос Крохина.

Он оттолкнул Отто, сел и рукавом вытер пену с подбородка.

– Слезьте с моих ног, – проворчал он Киршу.

Оба дознавателя, видя, что пациент совершенно здоров, да еще и не настроен благодарить их за хлопоты, обескураженно поднялись. Роман ухмыльнулся. Ну что, съели?

В камеру влетел доктор – и застыл на пороге, не понимая, что здесь происходит.

– Кому здесь плохо? – на всякий случай спросил он.

– Вон тому господину, – подсказал из-за его спины лысый чиновник, растерянно глядя на Крохина.

Тот уже уселся на стул и выжидательно смотрел на Кирша.

– Будем продолжать в том же духе, полковник?

Кирш махнул доктору рукой.

– Можете быть свободны.

Доктор пожал плечами, но лысый уже вытолкал его за дверь.

– Зачем вы устроили эту клоунаду? – спросил Кирш, садясь напротив Крохина.

– А вы? – спросил тот.