Наотмашь

Майе казалось, она покраснела от кончиков волос до пальцев на ногах.

– Всё хорошо, Майя. Матка соответствует срокам. Никаких поводов для беспокойства нет. Тебя что-то тревожит? Если это так, спрашивай.

Девушка поднялась с кресла, торопливо оделась, обратив внимание, что у неё подрагивают руки. Она стеснялась даже перед женщиной. И лишь когда снова села перед врачом, быстро начала говорить, опасаясь передумать, смалодушничав."

"– Понимаете, Ольга Петровна… Я не понимаю, что со мной. Особенно это… проявляется по утрам. Я просыпаюсь, меня слегка тошнит, но терпимо. Меня больше беспокоит давление… Внизу живота. Какое-то странное. И грудь очень чувствительной становится. Не могу понять, и меня, как я уже сказала, это очень сильно беспокоит.

Ольга Петровна отложила в сторону направление, которое распечатала, немного отодвинула кресло и повернулась к Майе лицом. Девушка невольно насторожилась, даже села прямее, расправив спину.

Врач сменила поведение, и Майя приготовилась. К чему – она не знала. К хорошему ли, плохому ли, но внутри всё сжалось.

– Майя, кровь приливает к матке. Такое часто бывает. Ты молодая, красивая. Я вижу, что немного стесняешься происходящего, так приятно краснеешь, когда мы с тобой говорим об интиме. С моей профессией много чего насмотришься, но я всегда радуюсь, когда встречаю таких чистых душой молодых девушек, как ты. Смотри… Что у нас получается. Организм у тебя молодой, здоровый. Никаких предпосылок для того, чтобы запретить тебе заниматься сексом, я не вижу. Напротив, ты сама чувствуешь, что организм требует. Поэтому… – гинеколог ласково улыбнулась. – Радуйся со своим молодым человеком, а скоро – мужем, прекрасным временам. Занимайтесь любовью по желанию и необходимости, и неприятные ощущения прекратятся.

Ольга Петровна ещё что-то говорила. Давая более подробные разъяснения про физиологию, но Майя её слушала через пелену.

Она куда-то уплыла…

Ей только что посоветовали, да нет, прямым текстом сказали, чтобы она как можно чаще занималась сексом. Со своим парнем.

Которого у неё нет.

Или есть…

У Майи закружилась голова, захотелось встать и уйти. А ещё уехать куда-нибудь, например, к морю, и сделать вид, что у неё всё хорошо. Что не навалились проблемы, которые она малодушно не готова решать.

– Но ведь эти потребности… они… – Майя сжала горло рукой. – Не несут никакого вреда для малыша?

– Нет, конечно. Дискомфорт – главное неудобство.

Из кабинета врача Майя выходила в растрепанных чувствах. Она радовалась, что встала на учет, что у неё нет никаких осложнений, и одновременно слова доктора не выходили из головы. Она словно на них зациклилась.

Вадим ожидал её в небольшом зале, соединяющем несколько ответвлений в коридорах, где принимали специалисты.