Ненужные дети. Прошлое между нами (СИ)

А потом опускаюсь рядом с Сашей. Чую, с ним мне будет гораздо сложнее. Мальчишка с характером. Всплывчивый, судя по рассказам Маши. И да, едва беру его ладонь в руки и целую внутреннюю сторону, как он дёргается. Застываю, наблюдая, как сын отворачивается. Благо, не просыпается.

Сглатываю, кошусь на Машу. Она кивком даёт понять, чтобы я вышел.

Не хочу. Ппц, как не хочу, но вынужденно поднимаюсь и покидаю комнату. В прихожей останавливаюсь, мечтаю, чтобы она позволила остаться ещё чуть-чуть. Но Маша молчит.

— Спасибо, — шепчу, глядя ей в глаза. На что опять получаю кивок."

"Выхожу из квартиры, снова на Машу смотрю.

— Так и будешь молчать?

Выходит, прикрывает за собой, дабы ее не услышали, гордо подбородок вздергивает.

— Что я должна тебе сказать, Виктор? Ты опять взялся за свое. Надо было послать тебя, но совесть не позволила. Она у меня есть, то ли к сожалению, то ли к счастью. Этим я, наверное, отличаюсь от тебя.

Бьёт словами хлеще пощечины.

— Маш, мне не терпится…

— Терпи, будь добр, — перебивает ледяным тоном. Говорит тихо, но твердо. — Ты хоть понимаешь, что это непросто?! Взять и сказать детям, что появился ваш папа! Как снег на голову свалился спустя столько лет! И запомни, Виктор! Если я сейчас позволила тебе зайти, это не значит, что так будет всегда! Ты понял меня?!

Дышу. Стараюсь держать эмоции под контролем. Нет, я не злюсь на нее, я в бешенстве из-за самого себя. Потому что очевидного тогда не заметил, будь я проклят!

— Ты же его не любишь, — вырывается из горла прежде, чем я успеваю подумать.

— А тебя любила. Думала, и ты меня любишь, но как оказалось… — руками разводит. — Для тебя были важны слова друзей. Даже какой-то легкомысленной Насти, — имя с усмешкой произносит. — Стас такой, какой он есть. Он не притворяется. В отличии от тебя! Искренний! И да, в отличии от тебя — он меня действительно любит! Доказал это неоднократно!

— Я не притворялся, Маша. И нет, я больше поверил словам собственной матери, нежели другим, чужим людям. Я уверен, скажи тебе бабушка что-нибудь про меня, ты безусловно поверишь ей. Разве я не прав?

— Твоя мать была изначально против наших отношений! Ты должен был догадаться, — стучит пальцем в висок. — Но нет. Легче было верить всем подряд, кроме меня. Ты же мог элементарно отвезти меня в больницу, сделать УЗИ, тест ДНК. Да что угодно! Да, отношений быть потом не могло, но ты не лишился бы детей, раз так их хотел! Но ты не хотел, как и меня. А сейчас, спустя несколько лет, стоишь на пороге моего дома и строишь из себя любящего мужчину и отца. Нет, Виктор, не прокатит! Я тебе не верю! Уходи и больше не приходи, понял?

Дверь захлопывается совсем тихо. Но таким образом, будто ржавый гвоздь в грудь проникает, с другой стороны вылезает. Больно. Но ещё больнее ей, знаю.