Леди с серьезными намерениями

 — Это большое разочарование, я понимаю.

София могла только согласиться с ней. Сердце заныло от боли, лицо застыло. Говорить она не могла и только смотрела ничего не выражающим взглядом на леди Мэчем. Та вгляделась в девушку проницательными старыми глазами и погладила ее по руке:

— Я видела вас в Парке, в его экипаже. И хочу сказать, милая, что вам это не годится. Наверное, в нем есть все, чего может желать девушка. Но правда, милая Софи, он не для вас.

София часто заморгала и резко втянула в себя воздух. Сердце болело не переставая, и не только сердце — боль была всюду. Но она не могла поддаться ей в разгар исполняемой мисс Чессингтон сонаты и поэтому, улыбнувшись, с усилием выдавила:

— Спасибо за предупреждение, мэм. — Это было все, что она смогла сказать.

Ее светлость снова погладила ее по руке.

— Ну-ну, ничего. Это еще не конец, хотя так может показаться. Подобные прискорбные вещи лучше подавлять в зародыше, пока не причинен непоправимый вред. Вы слишком благоразумны, милочка, чтобы этого не понимать. И не знать, как следует себя вести в подобных случаях. Но впереди у вас еще весь сезон! Море возможности найти подходящего для вас джентльмена.

София отдала бы все на свете, чтобы опровергнуть услышанные слова, но старческие глаза светились неподкупной искренностью. София порывисто обняла старушку и, молча кивнув, поднялась. Глубоко дыша, чтобы хоть немного успокоиться, она отошла в угол салона.

Усилием воли она заставила себя временно не думать над откровениями старой дамы, пока не оказалась в спасительном полумраке тетушкиного экипажа, на пути домой.

И вот тогда страдание ее поглотило.

Когда они свернули на Маунт-стрит, на ее лицо упал свет от уличного фонаря.

Люсилла, прищурясь, повернулась к племяннице:

— Софи, завтра ты проведешь день в постели. Я не хочу, чтобы именно сейчас ты окончательно разболелась.

Софи встретила внимательный и сочувственный взгляд тети и безучастно согласилась:

Избегая обеспокоенных и вопрошающих глаз тети, София поднялась следом за ней на крыльцо дома.

Утро следующего дня не принесло ей облегчения. Из-за кружевной шторы своей спальни София смотрела, как Джек Лестер спускается по ступеням на улицу. Он сел в ожидавший его экипаж и, когда кучер вскарабкался на козлы сзади, щелкнул хлыстом и уехал прочь. София следила, как он исчезает за углом. Потом, тяжело вздохнув, отошла от окна.

Он приезжал, чтобы позвать ее кататься, но ему ответили, что она нездорова. София всхлипнула. Она бесцельно прошлась по комнате, сжимая в кулаке промокший носовой платок. Проходя мимо туалетного столика, поймала свое отражение в зеркале. Под глазами залегли темные круги, щеки впали, губы пересохли. Тяжелая голова ныла в висках, руки безвольно повисли.