Скрытые намерения

Надвигающиеся слезы, конечно, были не единственной физической проблемой. Она устала, все тело у нее болело, жутко хотелось есть и пить.

Но больше всего на свете хотелось пописать. Сэм постоянно вертелась, пытаясь устроиться поудобней и понимая, что скоро не сможет сдерживаться. А если она описается, то слезы наверняка хлынут ручьем и конца им не будет.

И в этом своем жалком состоянии ей все же удалось придумать план. Ну, не совсем план, но что-то близкое. В общем, попробовать стоило.

– Я хочу проверить повязку мистера Рамиреса, – громко объявила она. – Можно?

– Зачем? – рявкнул Шляпник. За последние пару часов он постоянно рычал и на обоих своих сотоварищей, теряя остатки самообладания, которые у него еще оставались.

– Мне нужно проверить, нет ли воспаления.

На это он ничего не сказал, и Альма с Гусеницей тоже. Альма рылась в картотеке секретарши, просматривая документы и ни на что больше не обращая внимания. Гусеница уткнулся в свой телефон, бесконечно настукивая какие-то тексты.

– Фиона, можешь мне помочь? – попросила Сэм. – Думаю, мне понадобится, чтобы ты его немного подержала.

Фиона моргнула, как будто выныривая из сна.

– Конечно, – безучастно отозвалась она.

Обе встали и подошли туда, где лежал мистер Рамирес. Дышал он едва-едва, на губах выступила розовая пена.

– Выглядит он не слишком-то хорошо, – произнесла Фиона дрожащим голосом.

– Да, и мне нужно, чтобы ты сейчас не трусила и помогла мне, лады? – ответила Сэм. – Как в тот раз во втором классе, когда у нас была контрольная по математике.

– Какой ужас, Сэм! – выпалила Фиона.

– О боже, по-моему, меня сейчас стошнит! – Она отшатнулась в угол комнаты, давясь и задыхаясь, и ее шумно вырвало на пол. Точно так же, как несколько лет назад, во втором классе.

Ее выступление оказалось настолько убедительным, что лишь через секунду Сэм поняла, что произошло. Все взгляды были устремлены на Фиону. Сэм потянулась к объемистому карману мистера Рамиреса, нащупывая лежащий в нем телефон; сердце бешено колотилось у нее в груди. Наконец выдернула его, и тот чуть не выпал у нее из пальцев. Смутно, словно откуда-то издалека, она слышала, как Шляпник с отвращением проклинает Фиону, Альма спрашивает, все ли с ней в порядке, а Фиона все еще кашляет и отплевывается, заливаясь слезами. Сэм сунула телефон в карман, тяжело дыша.

– Ты сейчас же все это уберешь! – орал Шляпник на Фиону, которая дрожала в углу, сплевывая тягучую слюну.

– Шляпник, оставь ребенка в покое! – сердито прикрикнула на него Альма.

– Простите, – слабым голосом пролепетала Фиона.

– Мы не собираемся здесь надолго задерживаться, – сказал Гусеница. – Так что не дергайся.

– Это то, что ты говорил два часа назад! – выкрикнул Шляпник.