Намбандзин (СИ)

Ода Нобунага пригласил меня и еще несколько самураев, не посвященных в его хитрый план, на чашку сакэ. Я прихватил накапавшего к тому времени первача, разбавленного свежим мандариновым соком, чтобы отбить резкий запах и вкус. Угостил собравшихся. Попробовали пить, как сакэ. Получалось плохо. Я посоветовал нарушить правила, дернуть залпом, и показал, как. Собравшиеся решили, что раз напиток намбандзинский, то и пить его надо, как дикари с юга. Вставило им быстро и здорово. Такого гомона во время застолья этот замок не слышал никогда. Обслуживавшие нас женщины смотрели смущенно на нарушителей традиций.

Опьянев, Одна Нобунага рассказал, что из трех помилованных после сражения только Сибата Кацуиэ остался верен клятве. Когда остальные двое начали мутить следующий заговор, он настучал даймё. Или они тоже не нарушали, а хитрый вассал придумал хороший способ завоевать доверие Оды Нобунаги, получить награду. Даймё поверил ему, потому что очень хотел поверить. Тяжело жить, зная, что рядом коварный враг, который при первом удобном случае всадит тебе нож в спину. Поскольку осада замка Суэмори была невозможна по причине проживания там матери, Ода Нобунага прикинулся смертельно больным, чтобы заманить младшего брата в Киёси, где и разделался с ним.

Наблюдая за Одой Нобунагой, я все сильнее убеждался, что его жестокость с пленными самураями оправдана. Пока есть класс, который живет за счет войны, покоя в стране не будет. Самураи постоянно будут находить поводы для новых стычек, не гнушаясь ничем. Правда, когда он уничтожал одних, другие даймё множили новых. Поэтому я рассказал ему о преимуществах централизованного государства, когда излишки пассионарности выплескивается наружу, на соседние страны. Информация пала на подготовленную почву. Посмотрим, что вырастет.

21

Только решишь, что жизнь пошла наперекосяк, как вскоре выясняется, что не всё так уж и плохо. Кто-то из моих подчиненных постукивал даймё, и тот знал о моих намеках аркебузирам. Поскольку я собирался свалить после естественной смерти Оды Нобунаги, не желая служить его младшему брату, это было сочтено своеобразным проявлением преданности. Совершать сэппуку, за редчайшим исключением, никто сейчас не требует, но отказаться служить другому даймё или отомстить за убийство своего — это приветствуется."

"Не знаю, насколько правдоподобна история, которую мне приводили, как пример преданности, поскольку никто не называл имя героя. Один самурай после гибели своего господина залез в полную говна, выгребную яму дайме-победителя и, когда тот наведался в сортир, всадил ему катану (и только ее!) в самое интересное место и по самую рукоятку.