Намбандзин (СИ)

Правда, кое-кто утверждал, что наставник был лучшим другом упокоившегося даймё и именно поэтому покончил с собой, из-за чего у меня складывалось впечатление, что это черный пиар, грамотно сочиненный старейшинами и внедренный в массы. По слухам второй сын, восемнадцатилетний Набуюки, слабоволен и нерешителен, предпочитает заниматься чайными церемониями, сочинением стихов и каллиграфией, а не воевать. Дядя Ода Нобумицу вертит им, как хочет, причем даже не лично, а через доверенного самурая, который постоянно живет в замке Суэмори.

Когда отряд самураев приблизился к холму, из-за поворота вышел отряд асигару, возглавляемый благородным всадником. Поскольку оба подразделения шли во всю ширину дороги, пришлось им остановиться. У аборигенов уже сложились кастовые правила поведения на дороге и в общественных местах. Встретив сеньора, вассал обязан слезть с коня и на обочине принять позу покорности. Если встречались два примерно равные по статусу, начиналось выяснение, кто кому должен уступить дорогу. В нашей ситуации отряду из более двух десятков самураев и так было понятно, что один их коллега с толпой асигару просто обязан убраться на обочину и проводить их завистливым взглядом. О чем они и начала орать.

Всё пошло не так, как им мечталось. Встречный самурай отдал два приказа, и пикинеры, встав на колено, уперев подток пики в землю и направив острие на встречных, образовали две неполные шеренги, перегородившие дорогу. Позади них расположились аркебузиры в две шеренги: в первой шесть человек, во второй пять. Последовал третий приказ, после которого громыхнули аркебузы, к которым присоединились два мушкета с холма.

Залп был не самым метким, но четырех лошадей завалил и изрядно испугал остальных. Почти половина их вскинулась на дыбы, а потом тоже развернулась и помчалась по дороге в обратную сторону. Несколько самураев оказались на земле. Кто-то свалился сам, а Оде Нобумицу помогли две пули, попавшие в район живота.

Я встал на колено и, наклонив мушкет, быстро перезарядил его. Из почерневшего от копоти ствола сильно воняло пороховой гарью. Пуля с железным сердечником входила в него туго, но шомпол у меня и Като Данзё, в отличие от аркебузиров, железный, прочный.

Самураи не были бы самураями, если бы не вернулись за своим господином. Усмирив перепуганных лошадей, они отважно поскакали на врага. Когда приблизились к пикинерам метров на сорок, с холма ударили два мушкета и следом выстрелили пять аркебуз. Еще два представителя рода Ода свалились на дорогу. Я лежал в левой лежке, поэтому стрелял в того, что скакал слева, а Като Данзё — в правого. Вместе с ними пали две лошади и один самурай.

Испуганные животные опять бросились наутек, но на этот раз наездники быстрее справились с ними и поскакали в атаку.