Намбандзин (СИ)

Еще делали пули из свинца с железным сердечником и вмятиной в задней части, чтобы малехо расплескивались при выстреле, лучше вминались в нарезы и закручивались вокруг своей оси, благодаря чему повышалась точность. Параллельно были изготовлены в Кёто, где сейчас лучшие литейщики, два бронзовых ружейных метровых ствола калибром двадцать миллиметров с нарезами внутри и мушкой и прицельной планкой сверху. Деревенские мастера под моим руководством сделали для них приклады, цевья, кремневые замки, полки и курки и соединили все вместе. В итоге у нас появились два приличных дальнобойных мушкета. С расстояния в двести шагов (примерно полторы сотни метров) оба пробили насквозь типичный кожаный панцирь самурая и деревянную мишень из досок толщиной сантиметра полтора, на которую был надет. Доспех был пожертвован главой клана Каваи Аки, который по такому случаю доковылял до стрельбища. Аборигены уже привыкли к громким звукам стрельбы, но моя точность и пробивная сила пули из мушкета поразили их.

— С какой дистанции ты сможешь убить самурая в доспехах? — поинтересовался дзёнин.

— С вдвое или даже втрое большей, если попаду, конечно, — ответил я и подсказал: — При двух стрелках шансы поразить цель удваиваются.

— Сможешь показать в деле? — спросил Каваи Аки.

Я давно ждал этот вопрос. Если выполню задание, стану членом клана, а это уже другой уровень отношений.

10"

"Теплым мартовским днем по грунтовой дороге, петляющей между холмами, двигались четверо крестьян, которые несли в паланкине католического монаха, одетого в черную рясу и с черной широкой конусообразной соломенной шляпой на голове, надвинутой на глаза. Носильщики устали, поэтому шли неторопливо. Пассажир не подгонял их. Наверное, заснул, но не разглядишь, потому что шляпа закрывала лицо. Встречные крестьяне и торговцы поглядывали на них без особого интереса. Такие процессии стали частым явлением на японских дорогах. Все знали, что намбандзины в черном денег не имеют, живут на подаяния, и оружия тоже, потому что воюют языком в самых неожиданных местах.

Перед очередным поворотом дороги, огибающей длинный холм, густо поросший деревьями и кустами, процессия остановилась. Католический монах выбрался из паланкина, вышел на обочину и начал отливать. Делал это довольно продолжительное время. Видать, натерпелся. Как только на открытом участке дороги не осталось других путников, намбандзин и крестьяне шустро юркнули в кусты, где разобрали из паланкина оружие и начали бесшумно подниматься на вершину холма. Пройдя до дальнего конца ее, остановились. Оттуда был прекрасный вид на дорогу, которая в этом месте делала очередной поворот и метров пятьсот шла прямо.