Нам не узнать друг друга сразу

Почти тут же застыл на мгновение спиной ко мне, прежде чем обернуться и безапелляционно заявить:

– Оля, я как последний безумец рискнул всем ради того, чтобы помочь тебе, ради осуществления твоих невероятных планов. Ты обещала мне, что попытаешься! И я со всей ответственностью заявляю тебе, что намерен воспользоваться этим шансом сполна. И целибат я хранить не собираюсь. Я и так неимоверно долго нахожусь в отдалении от своей дейраны. А ты не хочешь задуматься над тем, чего мне это стоит. Поверь, я на пределе! В общем, ты не только идеалистка, ты еще и очень наивна, если полагаешь, что я буду соответствовать этим твоим смехотворным ожиданиям. Нет, я твердо намерен привязать тебя всеми возможными способами, использовать с пользой каждый подаренный миг и об этом предупреждаю тебя честно, как ты и хотела! Два ближайших месяца мы проведем, живя по моим правилам!

– Прекрасно! Раз ты так горячо заявляешь мне о честности, поясни слова Торнага! – переполненная возмущением от его заявления, крикнула я, тоже вскакивая с кровати. – Почему это они даже на меня согласны, готовы позволить Измененным выжить, только бы не сорвать обретение тобой дейраны? И почему Ниранда рада-радешенька от тебя отделаться? И кто такие эти первородные?

Под конец я уже кричала. Гайяр, неожиданно устало вздохнув, обхватил мое запястье и потянул в ванную. Там заставил умыться и так же молча сопроводил обратно в спальню.

– Не стоит придавать такое значение заявлениям Торнага. Вся эта их суета с моим союзом раздражала меня и раньше. Поверь, они – просто кучка паникеров, которым за каждым деревом мерещится моя гибель. Для Ниранды же это возможность встретить предназначенную пару и обрести гармоничный союз. А первородные…

Я затаила дыхание, ожидая ответа.

– Обещаю, что расскажу тебе о них, как только мы станем родителями. – Его голос дрогнул.

Меня же затрясло от гнева. Получается, замуж за капитана – это без вариантов. Сам он железно уверен, что после испытательного срока в два месяца я уже никуда не денусь, да еще и забеременею. Торнаг опять же прямо намекнул, что должна теперь пожизненно рядом быть и всю посильную помощь оказывать, раз втянула Гайяра в такие передряги. И я совсем не против последнего – понимала изначально, на что иду.

А мне что? А мне остается кот в мешке! Вот чувствую, что-то в этих первородных непросто… А еще и на детей намекают! Это вообще как понимать? Жизнь у меня – сплошные виражи, когда от меня никому и ничего не нужно – все презирали, теперь уважение наметилось, так всем от меня что-то сразу стало необходимо.

Гнев, возмущение, искренняя обида – все одновременно взыграло, забурлило, резко, одним огромным всплеском адреналина снося мое смущение, скованность, страх перед Гайяром и общественные ограничения.