Нам нельзя

Ник не выставляет своё вероисповедание на показ. И ни разу в жизни не заставлял меня ходить в церковь. В отличие от долбанной бабули.

Дальше шла наша двуспальная низкая кровать, над которой висел чёрный шнурок с деревянным котёнком. От времени подвеска почернела, и я, боясь, что она испортится, решила её на стену повесить и не носить.

Рядом с кроватью – рабочая зона с длинным столом. На нём два компьютера и ворох бумаг. Это уже мои личные тараканы. Обожала засыпать, глядя, как муж работает. Он спал гораздо меньше меня. Поздно ложился, рано вставал.

Ближе к окнам была установлена беговая дорожка.

На ней бежал Никита.

Любимый мой метр девяносто ростом и сто с лишним килограмм живого веса. Но никакой вибрации по полу и тряски. Это здание строила наша фирма, и квартиры здесь элитные.

Ник сам следил за строительством. Он сразу определил себе тихую роль среди держателей акций. Входил в состав директоров, но не душил конкурентов и не участвовал в экономических битвах. На нём было именно качество.

Обожала его! Его обалденное мускулистое тело, его белозубую улыбку. Он в одних шортах, в ушах наушники. Мышцы напрягались, и потное тело так и влекло.

Никита подмигнул мне, а я прошла к окну и приоткрыла его. Наполненный запахом весеннего парка, в комнату ворвался приятный ветерок.

Муж вытащил наушники. Не сбавляя темп бега, вскинув бровь и спросил:

– Зачем окно открыла?

– Потом воняет, – хитро прищурилась я.

Меня действительно стало подташнивать от его запаха.

– С каких пор ты мой запах не переносишь? – усмехнулся Трэш.

Я показала ему тест, даже поближе поднесла и руку протянула, потому что он, итак, высокий, ещё стоял на подъёме.

Он резко отключил тренажёр. Дорожка медленно останавливалась.

Вид у Никиты был ужасающий.

Я знаю этот взгляд.

Когда у него куча идей, которые он любой ценой будет осуществлять.

Он подошёл ко мне и внимательно рассмотрел тест на беременность.

– Ник, только без фанатизма, – нахмурилась я, глядя на его хищную улыбку.

– Теперь точно дом буду строить, – выдохнул он и подхватил меня на руки. – А ты боялась! Всё в порядке!

Я действительно боялась, что не смогу забеременеть. Наморщилась, когда он прижал меня к себе.

– Всё, всё, – рассмеялся Никита. – В душ идём, не будем тебе атмосферу портить.

– Вдвоём? – рассмеялась я уже набегу. – Девочки не в школе!

– У меня звукоизоляция отличная, – ответил мой сладкий нахалюга и затащил меня в ванную комнату.

Любим мы с Никитой это дело. Люди говорят о кризисах семейных, а мы только жить начинаем. Как малолетки по углам ныкаемся и таем друг от друга.

Завтракать пришли довольные и счастливые. Элли с Велей нас обслуживали, как в лучших ресторанах Европы. Бабка притащила свой зад за стол и ворчала что-то своё.